По предварительным данным Минфина, бюджетный дефицит правительства РФ за первые четыре месяца 2025 года составил 3,2 трлн руб., или 1,5% ВВП, по сравнению с 1,5 трлн руб. за аналогичный период прошлого года. Текущий показатель значительно превышает прошлогодний дефицит в 0,6% ВВП за тот же период.

Общие расходы правительства выросли на 20,8% в годовом исчислении до 15,5 трлн руб., тогда как доходы выросли на 5% до 12,3 трлн руб.

Ситуация с исполнением бюджета в этом году весьма тревожная, пишет экономист Андрей Нечаев. Отчеты Минфина показывают, что исполнение бюджета по расходам существенно выше динамики предыдущих лет.

• За 4 месяца потрачено 36.6% запланированных расходов (уже с учетом их пересмотра).
• Рост расходов составил беспрецедентные 21% (год к году).
• Дефицит достиг 3,2 трлн за 4 месяца – это тоже является абсолютным рекордом за всю историю.

Если ориентироваться на уже пересмотренную цифру расходов (42,3 трлн рублей за год), то за оставшиеся 8 месяцев Минфину можно будет потратить 26,8 трлн. руб. Это на 2% меньше, чем было в мае-декабре 2024, и означает сокращение расходов в реальном выражении более чем на 10%.

Нечаев сомневается, что правительство до конца года сможет провести столь жесткую консолидацию. Многие эксперты предсказывают, что расходы в 2025 будут на 1,5-2 трлн выше запланированных, а дефицит превысит 5 трлн. руб.

Такой уровень госрасходов и дефицита бюджета — сильный инфляционный фактор, который может потребовать проведения ЦБ еще более жёсткой ДКП, уверен Нечаев.

Аналитик катастроф Анатолий Несмиян убежден, что все идет согласно объективным закономерностям.

Начиная с 2020 года (а если более точно — то приблизительно с середины 2019 года) режим вошел в суицидальный цикл своего существования. Цикл саморазрушения. Причина у этого достаточно тривиальная: к указанному сроку Россия прошла фазу системного кризиса и вошла в состояние социальной катастрофы.

Переход от остатков системного кризиса к полномасштабной катастрофе занял определенное время (приблизительно год), но у этого состояния системы есть принципиальное отличие — катастрофа необратима. Если из структурного или системного кризиса существует выход без разрушения системы, то катастрофа всегда (подчеркну — всегда) завершается ее разрушением.

Для социальной системы это означает, что любые решения власти (включая решения ничего не делать) ведут лишь к ускорению катастрофических процессов.

Не будь «пандемии», не будь СВО, было бы что-то иное. Сам ход событий был бы тем же самым, так как исходная причина осталась прежней — коллапс модели развития в 2008 году и полное исчерпание ресурса развития, а затем ресурса устойчивости системы в предшествующие катастрофе годы, пишет Несмиян.

Два рукотворных кризиса — «пандемия», а затем сразу же без перехода СВО — послужили своеобразным впрыском доз адреналина, но он лишь гальванизировал умирающий организм, никак не изменив его состояние. Сегодня адреналин и его действие заканчиваются.

Это не исключает попытки нового укола с еще более высокой дозой и может продлить агонию на ещё какое-то время. Но тем стремительнее наступит конец. Обмануть закономерности развития невозможно, их нельзя отменить. На то они и закономерности, констатирует эксперт.