Краткая история финансовой энтропии

Финансовый кризисГлобальная экономика начала эксперимент с фискальной и монетарной алхимией, когда прекратил действие золотой стандарт, то есть почти 50 лет назад.

В 1971 году доллар полностью отделился от последних остатков своей привязки к золоту. По сути, мировая валютная система полностью освободилась от любых ограничений роста монетарной базы, поскольку была ликвидирована привязка к предложению добываемого золота. Так случилось потому, что до этого доллар был привязан к золоту, а остальные развитые страны связывали свои валюты с валютой американской. Так было с момента заключения Бреттон-Вудского соглашения 1944 года.

Поэтому, когда США аннулировали золотой стандарт, мир приступил к изначально провальному эксперименту с глобальными фиатными валютами и вступил на путь к финансовой энтропии.

Немного истории

Пол Волкер (председатель Федрезерва с августа 1979 года по август 1987 года) победил инфляцию, вызванную мягкой монетарной политикой администраций Джонсона и Картера в начале 80-х годов. Но политика Федрезерва снова привела к росту инфляции к середине десятилетия. В первой половине 1987 года фондовые рынки стремительно росли, увеличившись на невероятные 44% к концу августа. Но к середине октября федеральное правительство объявило о большем, чем ожидалось, дефиците торгового баланса, что привело к дальнейшему падению курса доллара и обвалу рынков. К концу торгов в пятницу, 16 октября, индекс Dow Jones Industrial Average (DJIA) упал на 4,6%. Утром следующего понедельника инвесторы в США проснувшись узнали, что фондовые рынки Азии находятся в свободном падении. В результате в момент открытия американских площадок DJIA рухнул, потеряв по итогам дня 508 пунктов или 22,6%. Председатель Федрезерва Алан Гринспен поспешил заверить рынки, что американский центробанк послужит источником ликвидности, и что он напечатает достаточно денег, чтобы поддержать финансовую систему. Таким образом, он призвал финансовые учреждения не просто сохранять спокойствие, но и покупать акции с санкции самого центрального банка.

Впервые с момента своего создания в 1913 году Федрезерв не просто пришел на помощь отдельному банку, не просто попытался запустить стимулы для экономического роста, он дал понять, что сейчас американский центробанк занимается прямой поддержкой фондового рынка. DJIA набрал 288 пунктов всего за две торговые сессии. В 1987 году вся рыночная стоимость акций составляла лишь 66% экономики. А чистая стоимость домохозяйств в процентах к ВВП была равна 370%.

В конце 1990-х произошло “Азиатское Заражение”. С 1985 по 1996 год экономика Таиланда росла более чем на 9% в год. Но к 1997 году стало ясно, что большая часть этого роста была основана на безудержном росте кредитования, который привел к обилию плохих кредитов. Тайские компаний также набрали огромное количество иностранных долларовых займов и займов в других иностранных валютах, чем подвергли экономику Таиланда риску изменения обменного курса, который был замаскирован кажущейся надежной привязкой местной валюты. Когда эта привязка была разрушена, фирмы оказались не в состоянии погашать свой долг в иностранной валюте, что привело к волне банкротств. Этот крах, как лесной пожар, распространился по всей Азии и привел к тому, что МВФ предложил этой стране помощь в размере более $20 млрд.

Вслед за азиатским кризисом проблемной страной стала Россия. Ее слабая экономика, бюджетный дефицит и зависимость от краткосрочного финансирования привели к серьезному кризису суверенного долга. В августе 1998 года российское правительство шокировало рынки, объявив, что оно обесценит рубль и больше не будет платить по долгам; начался финансовый хаос. Многие правительства и финансовые учреждения оказались на неправильной стороне этой сделки, но больше всего досталось хедж-фонду с высоким левериджем под названием Long Term Capital Management, который за короткий срок потерял $4,6 млрд. Опасаясь системного финансового краха, Федрезерв вновь пришел на помощь рынкам и организовал финансовую помощь фонду, создав консорциум из 14 финансовых компаний. Конечно, вся эта помощь была подкреплена международным печатным станком.

Эта санкционированная правительством печать денег к 2000 году взрастила пузырь NASDAQ, который вскоре после своего схлопывания привел к тому, что акции технологических компаний потеряли 78% своей стоимости к осени 2002 года. На пике этого пузыря общая рыночная капитализация акций в процентах от экономики уже была далеко не 66%, а 148% ВВП! И чистая стоимость домохозяйств вырастала до 450% ВВП.

После краха пузыря дот-комов Федрезерв снизил процентные ставки до 1% и оставил их на этом уровне на один год – с июня 2003 года по июнь 2004 года. Это привело к росту пузыря на рынке недвижимости и в конечном итоге к Великой рецессии 2007-2009 годов. В преддверии краха этого пузыря чистая стоимость домохозяйств вырастала до рекордного на тот момент уровня на отметке почти 490% ВВП.

Реакция Федрезерва на этот худший кризис со времен Великой Депрессии заключалась в том, что он снизил процентные ставки с 5,25% в 2007 году до практически 0% к концу 2008 года и держал их там в течение почти девяти лет. Он также приобрел у банков активы на сумму $3,7 трлн., чтобы создать в этих активах очередной пузырь. Эта последняя итерация маниакальных действий центрального банка позволила экономике впервые за всю историю почувствовать на себе, как выглядят три огромных пузыря одновременно (недвижимость, акции и облигации). В результате теперь стоимость акций в 1,5 раза превышает ВВП, цены на жилье завышены примерно на 35%, а стоимость облигаций настолько искажена, что правительствам теперь платят за то, чтобы ссудить им деньги. Этот текущий пузырь привел к тому, что чистая стоимость домохозяйств в процентах от ВВП взлетела до рекордных 535%!

От порядка к хаосу

Существенная проблема заключается в том, что каждый кризис смягчался посредством печати все большего количества денег и снижения затрат по кредитам к уровням, которые находились значительно ниже, чем того потребовал бы свободный рынок. В результате повышения ставок доступ к дешевому кредиту, который удерживает нежизнеспособный бизнес на плаву, обычно перекрывается. Рецессии полезны тем, что очищают экономику от неэффективных инвестиций. Тем не менее, благодаря своей системной практике искусственного подавления процентных ставок центральные банки создали условия для масштабного неэффективного размещения капитала, что привело к беспрецедентному росту долгов и созданию огромных пузырей активов.

В результате чистая стоимость домохозяйств в процентах от ВВП теперь на 50% выше своих средних исторических значений.

чистая стоимость домохозяйств в процентах от ВВП теперь на 50% выше своих средних исторических значений

Важной составляющей чистой стоимости домохозяйств является валюация акций. Как вы можете видеть из приведенной ниже таблицы, в настоящий момент мы находимся на уровнях, прежде достигавшихся лишь однажды – на пике пузыря дот-комов.

на пике пузыря дот-комов

Еще одна важная составляющая чистой стоимости домохозяйств – цена недвижимости. Здесь мы видим, что цены на жилье в США намного превысили свои максимумы, установленные 13 лет назад на пике жилищного пузыря.

цены на жилье в США намного превысили свои максимумы

Добавьте к этому расчету пузырь облигаций, который включает суверенный долг на сумму $10 трлн. с отрицательной доходностью, и вы получите трехкомпонентный пузырь всего. До Великой Рецессии никто и представить себе не мог, что могут существовать долги с отрицательной доходностью.

долги с отрицательной доходностью

Основным следствием всего этого является то, что валюация активов теперь стала намного больше, чем сама базовая экономика, а значит все это может легко закончится крахом.

Сумма ипотечных долгов до того, как пузырь на рынке недвижимости схлопнулся, составляла всего лишь $1,5 трлн. – но крах этого пузыря обрушил всю мировую экономику. Сравните эту цифру с суммой “субстандартного” корпоративного долга, и вы сможете оценить масштабы лишь одного из искажений цен активов. Когда вы сложите общее количество мусорных облигаций и займов, выданных обремененных чрезмерными долгами компаниям, вы получите цифру в $2,8 трлн. Затем, если вы добавите сюда быстро растущий долг с рейтингом “BBB” на сумму $2,6 трлн., который отстоит от мусора лишь на одну ступень, вы получите цифру в $5,4 трлн. чрезвычайно экономически чувствительного корпоративного долга. Между прочим, это не означает, что чрезмерный леверидж наблюдается только в корпоративном секторе. Так, по состоянию на первый квартал 2019 года непогашенный долг домохозяйств был равен $13,6 трлн., то есть почти на один триллион долларов больше, чем на предыдущем пике в третьем квартале 2008 года. Поэтому даже небольшое сокращение ВВП может быстро превратиться в снежную лавину дефолтов и экономического хаоса.

Ключевым моментом здесь является тот факт, что, когда общая стоимость акций составляла примерно половину ВВП, как это было с середины 70-х до середины 90-х годов, экономика вела за собой фондовый рынок. Но сейчас, когда печать денег возвысила цены акций до отметки 150% ВВП, то теперь акции ведут за собой ВВП. Аналогичным образом, когда чистая стоимость домохозяйств составляла 370% ВВП, цены на активы были в большей степени функцией экономического роста. Но сейчас, когда цены активов составляют 535% от ВВП, именно цены активов тянут за собой экономику. Следовательно, сохранение акций в состоянии пузыря теперь является обязательным условием, потому что падение фондового рынка может легко обрушить всю экономику, а также завершить карьеру любого политического лидера, который окажется ответственным за это обрушение. Дональд Трамп прекрасно знает об этом факте. По правде говоря, все те, кто находится у власти, также хорошо это знают. Мы видели, как в 4 квартале 2018 года, когда на рынке мусорных облигаций случилась заморозка на 41 день и не было ни одной новой эмиссии, а фондовые индексы вышли в медвежий рынок, Федрезерв моментально отказался от своих планов повышения ставок и пообещал сократить свою программу QT.

Но, конечно, этот пузырь не принадлежит только США. По словам Кайла Басса, банковская система Гонконга к настоящему времени выросла до отметки 850% ВВП страны. У его соседа, Китая, есть огромный и непродуктивный долг в $40 трлн., который увеличился в четыре раза, начиная с 2007 года. Экономика Японии рухнет сразу же, если Банк Японии (BOJ) начнет прекращать поддерживать пузырь активов страны Восходящего Солнца. Рынок государственных облигаций Японии (JGBs) обвалится тут же, если исчезнет основной покупатель – Банк Японии – который владеет более 50% государственного долга. Банк Японии также владеет почти 80% рынка ETF страны. Таким образом, при первом намеке на то, что японское правительство собирается прекратить покупать акции национальных корпораций, NIKKEI обвалится так, что его фееричный крах 1989 года будет вспоминаться как бычий рынок.

Другими словами, власть, которая когда-то принадлежала свободным рынкам, теперь оказалась полностью узурпирована правительствами и центральными банками. Эти отступники свободы пошли ва-банк со своими манипуляциями с ценами и теперь вынуждены постоянно участвовать в монетизации долга или рисковать глобальным падением цен активов, которое почти наверняка приведет к экономической депрессии во всем мире. Именно поэтому Уолл-стрит очень мало заботится о прибылях компаний и самой экономике, и вместо этого полностью сосредоточился на каждом слове, исходящем из уст руководителей центрального банка.

Привязка денег к золоту была искрой человеческого гения, но в то же время жадность, присущая людям, в конечном счете разрушила эту привязку. В результате чего миру предстоит столкнуться с неизбежными и страшными последствиями этого шага.

Источник — marketoracle.co.uk, elliotwave.org

История кризисов, Новости кризиса: текущая ситуация в мире , , , ,

  1. Пока нет комментариев.
  1. Нет трекбеков.