Дробление акций – очередной признак пузыря на фондовом рынке

Кризис на фондовом рынке

Дробление активов – один из признаков пузыря, который можно наблюдать на фондовом рынке. Когда инвестиционные активы очень переоценены, то появляются либо доли в активе (его дробят с целью продажи), либо возникает рассрочка оплаты на несколько поколений. Последнее касается жилой недвижимости, потому что в этом случае актив не дробится в силу его потребительской стоимости. Дробление же связано с тем, что для поддержания цен на рынке нужен выход на него новых игроков, а вовлечены все, и чтобы вовлечь тех, у кого совсем нет денег, нужно предложить что-то совсем дешевое.

Известные эпизоды дробления активов — это появление долей в луковицах тюльпанов во время тюльпаномании в 1636 году и долей в картинах импрессионистов в конце 1980-х в Японии, когда бум на фондовом рынке и на рынке недвижимости сопровождался бумом инвестиций в искусство. Все три — признаки макропузыря.

В XVIII и XIX веках в Англии (учитывая пузырь на рынке акций Сompagnie des Indes, которую многие ошибочно называют «Миссисипи») подобного не наблюдалось, но только потому, что обращались так называемые scrips (сокращенное от subscription — подписка), то есть не полностью оплаченные акции. Рассрочка оплаты (обычно это 10 ежемесячных платежей) играла роль ту же роль, что и дробление актива. Плюс рассрочка давала огромную дивидендную доходность при стабильной рыночной цене, так как дивиденды в полном объеме платились на не полностью оплаченные акции. Впоследствии рассрочку заменил кредит и, соответственно, плечо.

Дробление акций – очередной признак пузыря на фондовом рынке

Дробление брокерами не наблюдается и тогда, когда компании сами дробят свои акции, чтобы не выходить из диапазона до 100 долл. Но если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. На картинке выше – образец предлагаемого портфеля одним из брокеров. Инвестировав 100 долларов, вы получаете Amazon, Netflix, Tesla и Google в одном флаконе. Обратите внимание, какая низкая сумма инвестиций требуется: дробят и не очень дорогие акции, как Tesla или Netflix. Брокер явно собирал портфель исходя из популярности бумаг, а не стоимости одной акции. Это совсем уж дно, то есть, конечно, пик.

Многие считают, что индексные фонды – это то же самое, но это не так. Создание индексных фондов связано с обнаружением того факта, что акции на длинных интервалах приносят более высокую доходность, чем облигации.

Первые серьезные оценки доходности акций были опубликованы в США в 1924 году. Поскольку считать тогда приходилось в столбик, на счетах или на арифмометре, а биржевые котировки не были оцифрованы, автор расчета инженер Эдгар Лоуренс Смит ограничился вложениями в отдельные портфели акций и не замахнулся на рынок в целом. Новаторство Смита состояло в том, что он принял во внимание рост рыночной стоимости бумаг. До него учитывали лишь дивидендную доходность, а сами акции считали чем-то вроде мусорных облигаций, поскольку дивидендные выплаты не гарантированы. Смит на обширном статистическом материале показал, что на длительном временном интервале (он брал диапазоны в 20 и 22 года в промежутке с 1880 по 1922 год) инвестиции в акции гораздо выгоднее, чем в облигации. И это была прорывная для своего времени идея. Смит догадался, что одна из причин этого кроется в инфляции — доходность облигаций фиксирована в номинальном выражении, а цены акций отражают тот факт, что продаваемые компанией товары становятся дороже из-за общего роста цен. Книга Смита «Обыкновенные акции как долгосрочные инвестиции» (Common Stocks as a Long-Term Investments) стала знаменитой из-за положительной рецензии на нее Джона Мейнарда Кейнса.

Вторая серьезная попытка оценить доходность акций была предпринята в 1938 году, когда бизнесмен Альфред Коулз III обеспечил финансирование таких подсчетов. Появилась возможность рассчитать первые индексы акций. Разработчики индексов собрали цены на отдельные бумаги (но только месячные верхние и нижние пики) и дивиденды по ним с 1871 по 1937 год и выяснили, что с учетом реинвестирования дивидендов доходность американских акций в реальном выражении, то есть за вычетом инфляции, в этот период составила 6,5% в год, а облигаций — только 3,6%. Таким образом, премия за рыночный риск — а разница между доходностью акций и облигаций называется именно так — составила 2,9 процентных пункта в год. (Это реальное выражение: если из номинального вычесть номинальное, получится реальное.) Роджер Ибботсон и Рекс Синкфилд в статье 1976 года на интервале 1826–1974 годов насчитали еще более высокую премию за рыночный риск: 6,1 процентных пункта.

Обнаружение данной премии привело к тому, что компания Vanguard в 1975 году запустила первый индексный фонд, ведь выяснилось, что в акции можно инвестировать без разбора: даже купив индекс, заработаешь хорошо. Статья Раджниша Мехры и Эдварда Прескотта 1985 года подтвердила этот вывод на более длинном интервале 1889–1978 годов: по данным авторов, реальная доходность S&P в этот период составила 7% годовых, долгосрочного государственного долга — 1%, а премия, соответственно, — 6 процентных пунктов. Иными словами, премия и доходность на рынке США держались на этом уровне почти 100 лет. Таким образом, покупка индексного фонда — это скорее противопоставление инвестирования в акции покупке облигаций, а не покупка долей в отличие от целого.

Автор — Елена Чиркова, управляющая фондом GEIST SP

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *