Кому сегодня грозит безработица? Вторая волна и рынок труда

Безработица в России

Коронавирус пошел на новый круг, но на этот раз правительство не спешит объявлять локдаун. Все зависит от того, готовы ли россияне ограничивать себя сами, считает экономист, директор Центра трудовых исследований ВШЭ Ростислав Капелюшников.

— Что сейчас происходит на рынке труда? После первой волны ограничений положение нормализовалось?

— Сейчас ситуация с безработицей такая же, какой была весной. Она совершенно не критичная, если говорить об общей безработице. Если о регистрируемой, она подскочила в несколько раз, потому что государство расщедрилось, повысило пособия, продлило сроки их выплаты, ввело доплаты. Люди сидели на карантине, делать им было нечего, они дистанционно там регистрировались и начинали получать какие-то денежки. Если государство продлит эти меры, соответственно, высокий показатель регистрируемой безработицы будет сохраняться. Если они прекратят действие дополнительных льгот, как планировали сделать изначально, значит, регистрируемая безработица очень быстро покатится вниз.

— Как повлияет на рынок труда вторая волна пандемии? Очевидно, государство пока не готово повторно вводить жесткие ограничения и самоизоляцию. Поможет ли это сохранить рабочие места, или, напротив, лишь навредит?

— Я не вижу никакой второй волны. Это та же самая первая волна. Так и должно было происходить в ситуации, когда сначала резко сократили степень контактов между людьми, а потом все ограничения разом отменили. Естественно, в этом случае показатели заболеваемости должны были пойти вверх. Так оно и происходит. Это никакой не новый период.

— Первая или вторая волна — не так важно. Речь о том, что чиновники вновь заговорили о росте заболеваемости и о новом регулировании процессов, происходящих в обществе.

— Что будет происходить в этих условиях с занятостью, зависит от реакции людей. Мы не знаем, как они отреагируют: сильно ли испугаются заражения или нет. Но, в любом случае, поскольку, на мой взгляд, сейчас тотального и жесткого карантина, который был в апреле, мае, июне, нет и не предвидится, резкого негативного шока для экономики и для рынка труда я не ожидаю.

Когда весной объявили всеобщую изоляцию, работодатели рассадили людей по домам, заплатив им какие-то деньги. Государство, в свою очередь, стало вводить меры поддержки для бизнеса, а арендодатели предоставляли рассрочки и скидки на время простоя. Очередная самоизоляция нам, похоже, не светит. А раз нет ограничений, нет и поддержки. При этом все эти «просьбы» перевести сотрудников на удаленку, и не ходить по кафе и торговым центрам, явно не идут на пользу бизнесу.

Если люди испугаются, это окажет заметное влияние и на экономику, и на занятость. Если испуга не будет, и люди будут вести себя примерно так же, как до этих устрашений со стороны государства, ничего не изменится. Но и в крайнем случае такого резкого и сильного воздействия на рынок труда, как это было в месяцы тотального карантина, ждать не стоит.

— По данным исследования аудиторско-консалтинговой сети Финэкспертиза, проведенного на основе выборочного обследования Росстата, помимо 4,5 млн безработных в стране 4,9 млн человек, которые тоже фактически не работают, но в статистику не попадают. Значит ли это, что потенциально безработица у нас может быть вдвое выше официальных данных?

— Этот вопрос в международной статистике давно обсужден и решен. Существует стандартный канонический показатель безработицы, которым все пользуются. Кроме этого в США, например, публикуют шесть альтернативных показателей недоиспользованной рабочей силы: более узких, чем стандартные, и более широкие. То, о чем вы говорите, — более широкие показатели недоиспользованной рабочей силы. Уверяю вас, что и до начала коронакризиса эти показатели были не на нуле, а исчислялись миллионами. Представьте себе студента последнего курса. Он ищет работу, он хочет работать. Но может он приступить к работе до окончания вуза? Нет, не может. И он попадает в одну из тех групп недоиспользованной рабочей силы.

Мы можем и дальше расширять эти группы, и приплюсовывать к ним частично занятых. Нет предела фантазии. Главное, что нужно знать про эти индикаторы, — они все ходят строем. Когда повышаются показатели общей безработицы, начинают расти все более широкие показатели недоиспользованной рабочей силы. Когда показатель стандартной безработицы идет вниз, все эти альтернативные показатели тоже начинаются снижаться. При желании, можно приплюсовывать, запугивать и так далее. Этим были увлечены российские экономисты и политики в 90-е годы. Они говорили: «Ну да, безработица не Бог весть какая, зато сколько людей находятся в состоянии неполной занятости. Не сегодня — завтра они из неполной занятости хлынут в безработицу». Такие предсказания делались год за годом, но не сбывались.

Это один из способов запугивать себя, рисовать ситуацию катастрофической. Смысла в этом большого нет. Из существования такого рода более широких показателей никто никогда не делал тайны. Росстат публиковал цифры, по которым все это можно было рассчитать. Во всем мире тоже давным-давно существуют альтернативные показатели недоиспользованной рабочей силы — как более широкие, так и более узкие. Главное, что все они изменяются параллельно. Улучшение ситуации в экономике потянет вниз все эти показатели.

Беседовала Анна Семенец, Росбалт

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *