О стресс-тестах Набиуллиной и целях Трампа

Стресс-сценарий: нефть по $25 за баррельПримерно неделю назад руководитель ЦБ РФ Набиуллина сообщила о стресс-тестах, базовым сценарием которых была цена нефти в 25 долларов за баррель. Естественно, было сказано, что такой сценарий носит маловероятный характер, но будем откровенны — будь это так, тестировали бы на более вероятном уровне.

Правительственная забава «поиска дна» совершается не от хорошей жизни, но российская экономика находится, скорее, в болоте, поэтому попытки определить дно в трясине выглядят совершенно бессмысленными. Каждая кочка, которая нащупывается сегодня, завтра неуклонно начинает погружаться в чавкающую бездну, и нужно снова искать новую кочку. Дно в такой ситуации нащупать невозможно в принципе.

Объективных причин для перманентной катастрофы много, и все они носят один и тот же характер: все, что делает российское руководство, очень похоже на Крым — за что ни берутся, ничего не доводят до конца, бросают на полпути и делают вопреки любой разумной логике.

В начале нулевых доля государства в ВВП страны составляла приблизительно четверть. Не будем обсуждать — насколько вообще был верен курс на ускоренное строительство либеральной экономики вопреки национальным традициям, укладу, в отсутствие управленческих и профессиональных кадров. Решение принято — его нужно исполнять, причем в логике этого решения.

В рамках либеральных подходов лозунг «меньше государства в экономике» вполне оправдан — государству в такой системе отводится роль регулятора, а не субъекта экономических взаимоотношений. Однако в рамках либеральной экономики был взят курс на ее огосударствление, и сегодня государство дает почти 70% ВВП страны. В 3 раза больше, чем в начале путинского правления и в два раза больше по сравнению с 2005 годом. Абсурд — но такова реальность.

При такой доле участия государства в экономике ни о каком либерализме речи, естественно, не идет. Но и о нормальной государственной экономике говорить невозможно — монополисты (а госкомпании объективно заинтересованы в монополизации своего положения на рынке) уничтожают на корню главный принцип либеральной экономики — конкуренцию.

В итоге у нас сегодня нет ни того, ни другого. Нет ни планового хозяйства, ни конкуренции. Есть метастазы гипермонополизации по всем еще живым секторам — что, естественно, убивает любую экономическую жизнь. Как пример — результаты деятельности «ВЭБа». За год его убытки выросли втрое — с 45 млрд в прошлом году до 150 млрд в этом). «Роснефть» также ударными темпами снижает все свои показатели — по сравнению с прошлым годом в 2 с лишним раза рухнула ее чистая прибыль, что создает критические проблемы для развития. Нужно понимать, что российские нефтяники серьезно законтрактованы — то есть, деньги за нефть уже получены и «съедены», и теперь нужно поставлять нефть в счет предыдущих оплат. При этом нужна разведка, поиск новых месторождений, интенсификация использования находящихся в эксплуатации месторождений. А денег нет.

На этом фоне заявления Трампа, говорящего о 20 долларах за баррель, как цели, к которой нужно стремиться для создания рабочих мест на территории США, выглядят катастрофой для российской нефтянки. И не только потому, что 20 — не 47. Есть и другие, более пугающие обстоятельства.

Трамп, возможно, и наш друг, как считают в Кремле, но он обещает в числе первых своих указов снять запрет на шельфовое бурение и сланцевое бурение на федеральных землях, что может дать прирост сланцевой добычи уже в 17 году до 8,5 млн баррелей в сутки. При этом в Техасе открыто крупнейшее сланцевое месторождение с извлекаемыми запасами, оцениваемыми в размере 20 млрд баррелей — и уже сейчас наметился устойчивый рост активных буровых установок.

Здесь нужно понимать, что подобная политика Трампа создает серьезное пртиворечие: с одной стороны американская нефть вытеснит импорную с американского рынка и создаст «навес» над остальными рынками — в основном из саудовской нефти, которую уже нельзя будет продать в Америке. С другой стороны падение цен создаст проблемы для традиционных спонсоров Республиканской партии — американских нефтепромышленников. Трамп должен будет компенсировать им выпадение доходов от низкой цены. Единственное, что напрашивается в такой ситуации — борьба за зарубежные рынки и помощь в этой борьбе.

В сущности, есть только три крупнейших рынка потребления нефти — сами США, Европа и Китай. Трамп расчистит американский рынок от зарубежных конкурентов и будет бороться за Европу — где ему придется столкнуться с саудитами и Россией. Экономическими методами существенно «подвинуть» конкурентов будет сложно, остаются политические. Объективно Трамп будет вынужден поддерживать и усиливать санкции против России, используя любые поводы. Наиболее экстремальный способ — нефтяное эмбарго взамен на невыполнимые требования к России. Что станет поводом для этого — неважно. Это может быть и Украина, и Крым, и Донбасс, и Сирия.

При этом китайский рынок вряд ли рассматривается в качестве приоритетного в плане продажи нефти — темпа роста Китая невысоки. Китайская экономика перекредитована, поэтому китайские власти проводят мягкую девальвацию юаня, что вызывает гнев американцев. Трамп обещает ввести заградительные пошлины на своем рынке от китайского импорта, что неизбежно спровоцирует торговую войну и неизбежные проблемы для Китая.

Таким образом, уже в 17 году Россию могут атаковать по двум направлениям — падением цен на нефть и сжатием европейского рынка для нашего экспорта. Надеяться на китайский рынок не приходится — Роснефть уже «съела» и куда-то дела 35 миллиардов китайских денег, ей бы теперь без проблем прокачать законтрактованную китайцами нефть (теперь уже бесплатно)

Есть еще масса показателей в экономике, которые тоже не радуют — но нефтяная проблема выглядит наиболее угрожающей, так как назревает давно и может стартовать в течение ближайшего полугода.

Понятно, что в таких условиях Сечин вынужден наносить упреждающие удары по другим российским олигархическим группам. Кроме конфликта по «Башнефти» назревает еще один конфликт — уже с Кадыровым за владение «Чеченнефтехимпромом». Сечину очень нужны любые крупные активы, повышающие капитализацию Роснефти и генерирующие валютную выручку. Примерно по такой же схеме начинались и украинские олигархические войны — основная борьба шла за активы, дающие именно экспортную выручку, которую укроолигархи самыми разными путями начали прятать за рубежом, спасая перед неминуемым обвалом хоть что-то. Россия уже вкатилась в похожую ситуацию, и далее аналогии будут только нарастать.

В этом смысле Набиуллина вынуждена начинать свои стресс-тесты, и 25 долларов могут быть очень даже оптимистичной ценой за баррель.

Автор — Анатолий Несмиян

Кризис в России: прогнозы, Мировой кризис: последствия и перспективы , , , ,

  1. Пока нет комментариев.
  1. Нет трекбеков.