Кремль планирует национализировать и взять под контроль российский Интернет до 2017 года, в 2018 году — отключиться от глобального

Кремль планирует взять под контроль российский Интернет до 2017 годаКремль планирует национализировать и взять под контроль российский Интернет до 2017 года, однако все зависеть от скорости принятия новой законодательной базы.

По данным “Ведомостей”, в Минкомсвязи разработали поправки, по которым основные элементы инфраструктуры российского интернета будут принадлежать государству. Минкомсвязи может начать полностью контролировать российский сегмент интернета. В министерстве разработали ряд поправок в “О связи”, по которому основные элементы инфраструктуры Рунета будут принадлежать государству.

Об этом в пятницу, 19 августа, сообщает издание “Ведомости”, которое ознакомилось с проектом поправок, обсуждавшихся на совещании у замминистра связи Алексея Соколова.

По данным журналистов, законопроект призван обеспечить “целостность, непрерывность, стабильность, устойчивость и защищенность функционирования российского национального сегмента” Сети.

“Ведомости” сообщают, что поправки вводят понятие так называемой “критической инфраструктуры интернета”. К ее элементам относят национальную доменную зону, инфраструктуру обслуживания, систему точек обмена трафиком, а также государственную информационную систему обеспечения целостности, устойчивости и безопасности функционирования российской части Сети. Она должна хранить информацию об IP-адресах и точках обмена трафиком, поясняют в издании.

Законными владельцами подобных точек обмена регулятор предлагает сделать исключительно российских юрлиц. Кроме того, Минкомсвязи планирует лицензировать эти точки. По сведениям одного из источников издания, в ведомстве считают допустимым, чтобы со временем их совладельцами могли стать иностранцы. Однако владеть пакетом, превышающим 20 процентов, они не смогут. Ранее подобный подход был опробован на владельцах российских СМИ.

Изменения затронут и национальные домены .ru и .рф. В настоящий момент ими управляет Координационный центр национального домена сети интернет (КЦ). Новый законопроект может сделать их администратором только учрежденное самим Минкомсвязи российское юрлицо, которое будет финансироваться из резерва универсального обслуживания, куда телекоммуникационные компании ежегодно отчисляют по 1,2% дохода от услуг связи. По данным Федерального агентства связи, в 2015 году объем этих отчислений составил 13,73 млрд рублей.

Немецкая Волна: Россия готовится отключиться от глобального Интернета в 2018 году

В рамках проекта “Возможные сюрпризы” аналитик берлинского института SWP Марсель Дикков смоделировал конец всемирной сети в ее нынешнем виде и раскол на интернет и “ЕвразияНет”, пишет “Немецкая Волна”.

В декабре 2018 года на сессии Генеральной Ассамблеи ООН президент России официально объявит о расколе глобального интернета и появлении отдельного сегмента – “ЕвразияНет”. Таков один из сценариев ближайшего будущего, разработанных учеными берлинского Фонда науки и политики (SWP). В рамках проекта “Возможные сюрпризы”, о котором DW уже писала, эксперты этого научного центра, консультирующего парламент и правительство Германии, ЕС, НАТО и ООН, представили 11 сценариев тех шагов, которые Россия теоретически могла бы предпринять в обозримом будущем.

В предисловии к опубликованному в середине лета 2016 года сборнику его составители подчеркивают, что представили не прогнозы и не предсказания, а смоделированные на основе имеющихся тенденций варианты возможного развития событий, к которым, однако, следовало быть готовым политикам в Германии и ЕС. “Речь идет не о том, чтобы выдумать ситуации, а о том, чтобы додумать уже имеющиеся структуры и тенденции”, – пишут во вступительной статье составительницы сборника Сабине Фишер (Sabine Fischer) и Маргарете Кляйн (Margarete Klein).

Россия без глобального интернета

Автором гипотетического сценария о конце единой глобальной сети является эксперт SWP Марсель Дикков (Marcel Dickow). Он предполагает, что в “ЕвразияНет” будут действовать свои технические и правовые стандарты, а также вытекающие из них политические реалии. Создадут отдельный сегмент Сети Китай, Россия и Индия. В качестве некой умозрительной игры автор допускает, что летом 2017 года из ставших известными российских секретных документов выяснится о начавшемся процессе новой стандартизации IT-оборудования в России.

В том же году Москва заявит о выходе из “Корпорация по управлению доменными именами и IP-адресами” (ICANN), международной некоммерческой организации, созданной для урегулирования вопросов функционирования мирового интернета. Одновременно Россия вместе с Китаем и Индией подаст заявление в Международный союз электросвязи (ITU) – специализированное учреждение ООН – с предложением повысить роль государств в принятии решений, касающихся всемирной сети. На практике это будет означать отстранение некоммерческих, неправительственных и научных организаций от решения основных вопросов, связанных с интернетом.

Со своей стороны Китай – при поддержке России – будет на техническом уровне блокировать внедрение протокола HTTP 2.0 – более надежного варианта протокола передачи данных для доступа в интернет. А китайские правительственные источники заговорят уже о сегменте Сети с названием “ЕвразияНет”, построенному по иерархическому принципу и полностью отделенному от глобальной сети.

В то же время станет известно о том, что Россия приступила к смене телекоммуникационного оборудования на своей территории – с произведенного американскими фирмами на китайское. Летом 2018 года российский президент в интервью заявит, что в сотрудничестве со своим восточным соседом его страна преодолеет технологическое отставание от Запада. В это же время на основных телекоммуникационных узлах страны будет установлено китайское оборудование, не работающее с новыми западными протоколами, а поддерживающее только старый протокол HTTP 1.0 или нестандартизированные протоколы.

Без китайской техники – никуда

“ЕвразияНет” был бы прежде всего инструментом внутриполитического давления, с помощью которого участвующие в этом проекте государства достигали бы двух целей: повышения контролируемости гражданского общества и уменьшение влияний на него извне”, – пишет в своей гипотезе Марсель Дикков.

“В руководстве этих стран считают, что опасность представляют прежде всего реформаторски ориентированные движения, вроде организаторов “цветных революций” в Грузии и на Украине. Ведь они как раз использовали коммуникативные каналы интернета – прежде всего социальные сети – для мобилизации своих сторонников”, – поясняет автор гипотетического сценария.

Другие выгоды, на которые, вероятно, будут рассчитывать государства-участники отдельного сегмента Сети, могут иметь экономический характер. Создание конкурента интернету может стать попыткой сломать доминирование американских технологических фирм на мировом рынке. Дикков, однако, оговаривается, что это в основном касается Китая, а России для достижения таких целей нужно будет опираться на китайскую технологическую мощь.

Сотрудничество обеих стран здесь вполне возможно, пишет автор гипотезы, так как их власти “заинтересованы оказывать влияние на техническое развитие в телекоммуникации и с помощью этого влияния ограничивать права человека, а также и свободу слова и мнений в виртуальном пространстве”.

Впрочем, автору гипотезы SWP вполне присущ реализм. Так, он тут же оговаривается, что курс на разрыв с западным миром “будет находиться в противоречии с экономической политикой, которую Китай проводил до сих пор, делая упор на развитие глобальной торговли”.

Реальные выводы из гипотетической ситуации

Да и выводы из своего сценария автор предлагает сделать вполне реалистичные. Так, правительству ФРГ Марсель Дикков рекомендует твердо стоять на страже базовых ценностей интернета – равные права в Сети, свободный доступ для всех, открытость, защита личных данных. Кроме того, Берлину стоит помочь другим странам ЕС, а также государствам Африки, подняться на более высокий технологический уровень.

Имеет смысл также попытаться донести до партнеров в Москве, что шанс реформировать устаревающую экспортно-сырьевую модель российской экономики связан как раз со сферой свободной и максимально открытой цифровой индустриии. А чтобы интернет мог оставаться именно свободным и открытым, требуются усилия по борьбе с киберпреступностью и ограничения на слежку в Сети со стороны государств и спецслужб.

Основатель Lurkmore: «Я не вижу перспектив что-то делать в интернете»

Александр Фаст, tjournal.ru

6 августа я встретился с Давидом Хомаком в лобби одной из иерусалимских гостиниц и поговорил с ним о его видении России из-за рубежа, а также отношении российского государства к интернету и разнице в этом вопросе между Россией и США.

Основатель Lurkmore

Уже успел освоиться в Израиле? Есть ощущение, что дом — здесь?

Я вообще быстро осваиваюсь. Дом здесь, потому что я в Россию вернуться не могу, и вариантов не особо много: я здесь живу уже безвыездно полтора года.

То есть в случае чего ты здесь и останешься?

А я уже остался.

Допустим, завтра с тебя снимут обвинения. Все равно не вернешься?

Мне там ловить сейчас нечего. Все слишком сильно успело поменяться. Условия игры другие нужны, чтобы я перестал закапываться внутрь. А так… Исчезнут одни обвинения — появятся другие.

А с языком уже разобрался?

Оперирую английским, но здесь и очень много русского, если ты еще не заметил. Когда каждый четвёртый говорит на русском — на самом деле, это заметно.

То есть нет проблем найти общий язык?

Да. Это, конечно, не даст тебе нормальной работы, но здесь английский помогает.

Как тогда с точки зрения отстранённого человека выглядит то, что происходит в России?

Очень печально. Естественно, я слежу за новостями и всё подобное, поскольку с 1998 года я участвовал в русских интернетах. Это ровно половина моей жизни. Я не могу к этому относится отстраненно. Или к проекту, в который я вложил девять лет своей жизни. Вот только «юбилей» был — смешная некруглая дата.

Мне просто очень печально смотреть на то, что происходит. На то, что интернет как-то повзрослел, изменился, и в нём происходит то, что происходит.

Если говорить про интернет, как думаешь: то что происходит вокруг «пакета Яровой» и то, что ФБР и ЦРУ пытались получить бэкдоры к смартфонам — это события одного порядка?

В глобальном смысле, это явления почти одного порядка, но немного разные применительно. Одно дело, когда ты в гуще событий пытаешься что-то получить от Apple и повлиять на них, а другое — попытка в стране, которая не имеет сейчас никакого отношения к магистральной линии прогресса, сказать: «Чуваки, вот все кто сейчас оперируют трафиком и данными — будете в нарушение всех законов физики и законов всего давать нам доступ ко всей пользовательской информации внутри страны». Причём понятно, что это всё коррупция, нарушение всякой тайны переписки…

Apple отмахивался от ФБР: «Через год-два Россия и Китай будут читать переписку всех». А в России тут же приняли этот закон.

Тогда почему, по-твоему, там это привело к какому-то реальному протесту, а у нас это противостояние наоборот максимально маргинализировалось?

Нет традиции объединяться и выступать против чего-то. Вот, например, всё, о чем я говорил: «процесс идет из точки „А“ в точку „Б“; начнёт вот там и закончит вот там». Ну, про «пакет Яровой» тогда, конечно, никто не знал, но магистральная линия была ясна. Закончилось все именно этим: я — маргинал. Это данная реальность и ощущение.

Но никто не хотел объединяться ни тогда, ни сейчас. Все говорят: «Не будет ничего плохого». Это же дилемма заключенного: «Сейчас плохо одному, но мы потерпим, может быть, плохо не станет». Нет, станет. Но никто не хочет рисковать.

Если говорить про Штаты. За выборами у них следишь?

Да, в Израиле сложно совсем не следить за американскими выборами. Краем глаза, по крайней мере. Тем более, нельзя ходить на Reddit и не следить за американскими новостями.

Трамп сейчас обвиняет Apple в том, что они не сдают террористов и очень хочет договариваться с Россией. А на IT-сферу он как-то сможет повлиять, если станет президентом, или она уже слишком «над государством»?

Трамп, конечно, популист, и то, что он сейчас обещает перед выборами — ему не дадут реализовать даже четверти. Сейчас он может говорить что угодно, но что будет после выборов — это будет после выборов. У американских президентов в том и идея, что там количество сдержек и противовесов настолько огромное, что поменять что-то не дали даже их самому ненавистному президенту… Никсону, да. Он пытался-пытался, но ему мало что дали. При этом он победил с большим перевесом на вторых выборах и через год ушел. Ну, то есть, его отправили в отставку.

Система противовесов действительно огромная, и Трамп (даже если он победит) просто ничего не сможет, и он это знает. Всё это он говорит только чтобы победить.

У нас тоже скоро новый избирательный виток. Непонятно, что будет после выборов и какая ситуация сложится с отношением государства к рунету, которое и так уже достаточно агрессивное. Или, по-твоему, дно ещё не достигнуто?

Всегда есть куда падать. Для примера можно смотреть на Иран, а можно смотреть на то, что произошло сейчас в Турции после попытки переворота. Прекрасные примеры. В Иране вчера запретили Pokémon GO навсегда, а в России вот очередное письмо пришло: «Пожалуйста, запретите покемонов, они передают тайные данные куда-то». Хотя любой человек, в принципе, может взять и посмотреть, куда утекает трафик и какой, это не сложно. Нет, нужны какие-то реально африканские пляски про то, что передают фотографии, передают видео, секретные российские базы… Вы «Google Карты» вообще смотрели?

Не допускаешь ли какой-то возможности того, что отношения государства и интернета улучшатся?

Я могу посмотреть на отношение государства к телевизору и сказать: «Нет, не допускаю». Они воспринимают интернет как продолжение телевизора. Это контроль за умами, и они хотят контроль за умами, а не бизнес идей или чего-то такого. Но телевизор был подавлен в начале двухтысячных, и поэтому все занялись интернетом.

Нам просто не было никаких вариантов, никаких возможностей пойти в другое медиа. Но начиная с 2010-2011 года с интернетом происходит то же самое. Вот и всё.

«Лурк» уже окончательно в архиве или ты что-то собираешься с ним делать?

Он не «в архиве», он стоит как стоит. Он теряет трафик, потому что его блокирует Роскомндазор, который всё больше и больше слетает с катушек… Нет, не так. Он все больше действует так, как хочет, не ориентируясь даже на собственные должностные инструкции. Он присылает нам письма не вроде «Заблокируйте вот это по решению суда», а вроде «Вот есть решение суда от 2013 года, заблокируйте, пожалуйста, вот эти страницы». Но этих страниц нет в этом решении. «Мы решили, что это вот эти вот страницы, поэтому вы должны их заблокировать».

Почему они в 2016 году так решают — неизвестно. И они не только к нам так пристают. Они заблокировали недавно людей, которые выдают сертификаты. Сертификаты, которые есть даже у них самих. Никто не понимает, что происходит. Они просто ушли в полный отрыв.

Ну вот RuTracker после блокировки в России даже смог уйти в рост (не смог — прим. TJ) и сделать небольшую VPN-революцию. А у вас этого почему не получилось?

Мы тоже уходили первое время в рост. Просто у нас разные источники трафика. У них прямой трафик, но они ещё и паразитируют на чужом контенте. Да, у них есть заметная культурная значимость, потому что там редкое кино есть, архивы всякого интересного… Но! При всём этом, они всё-таки паразитируют на чужом контенте.

То, что в России не отстроена система доставки нормального контента (как, например, американский Netflix) — это потому что никогда не было этого. Никто не хотел строить. Пришел RuTracker и сделал «нормально». Но это чужой контент, они за него не платят отчисления. Люди ходят к ним, чтобы напрямую увидеть наличие кино.

А к нам люди ходят через «Яндекс», Google или ещё откуда-нибудь, и ищут термины. Соответственно, как только нас блокирует Роскомнадзор — трафик начинает падать. Люди не видят наших страниц. При этом очень многие провайдеры просто вешают страницу отказа, будто это «Лурк» упал.

Когда месяц за месяцем люди упираются в страницу отказа, они понимают: «Лурка» больше нет. Хотя это не так.

Если бы ты сейчас встретил того себя, до того как всё сломалось, что бы ты ему сказал?

Меньше нервничать и раньше уезжать. И делать примерно то же самое. Там не были возможны какие-либо компромиссы при существовавшем развитии событий. Единственное что можно было — меньше нервничать. И аккуратнее всё выстраивать.

Если всё происходящее между интернетом и государством — большой снежный ком, то где был брошен изначальный снежок?

Считается, что это тот момент, когда кто-то из государственных мужей увидел статистику и узнал, что посетителей главной страницы «Яндекса» получается больше, чем зрителей у Первого канала. Для меня это, естественно, 12 ноября 2012 года, когда Роскомнадзор заблокировал «Лурк».

Это была первая громкая внесудебная блокировка сайта. До этого в интернете почти не было [присутствия] государства. Интернет был саморегулирующейся средой, а государству было на него по барабану. Он не был им интересен. Там не было денег; это не нефть и не газ. И это не телевизор. Дети резвятся? Пускай резвятся.

«Лурк» есть как он есть, есть какие-то видеопроекты… А понимание что делать дальше есть?

Я пока занимаюсь своими частными вещами, всё-таки эмигрирую. На «Лурке» я как-то за последние два месяца навел порядок, ведь он полтора-два года стоял неприкаянный, что называется «в заморозке». Дальше — я не знаю.

Я вообще не вижу перспектив что-то делать в интернете, потому что все пытаются делать то, что разрешает государство. И это пространство постепенно сужается. И это может привести к той же ситуации что и на русском телевидении, где пространство сжалось окончательно. Всё стало государственным. Вообще всё. «Вы все будете заниматься тем, что разрешает государство» — это вообще очень паршивая история, на самом деле.

А Великий русский файрвол (или как у нас его пытаются ласково окрестить, «Чебурашка») — это что-то серьёзное или просто шум?

Это в любом случае большая потеря качества, причем в первую очередь — качества жизни. Конечно, не будет фаервола (по крайней мере, именно в таком виде), будут прикормленные люди с прикормленными проектами. Паршивые клоны западных проектов за огромные деньги.

Отрезают Facebook — и 70-80% населения не смогут им пользоваться. Twitter, YouTube, что угодно. Не нужно полностью блокировать, главное чтобы ими пользоваться было чуть сложнее, чем надо. А потом свои люди делают за огромные деньги клон. Кривой, косой, но им пользуются. И дальше все остальные проекты делаются так же. И так вот постепенно ухудшается все. Эту мысль ведь и продвигает Институт развития интернета: «Дайте заработать нужным людям».

Поддержка отечественного производителя? Но ведь есть тот же Яндекс, который в конкуретной среде вытаскивал хороших русских программистов и делал хорошие продукты. Но начиная с 2011-2012 года люди оттуда разбегаются в ужасе, потому что «Яндекс» гробят, «Яндекс» давят, «Яндексу» не дают ничего делать. И в этом плане перспективы развития русских проектов в русских интернетах просто чудовищные.

Чем меньше свободы в русском интернете, тем меньше смысла там что-то делать людям, кто хочет что-то делать. Тем больше поводов сбежать куда глаза глядят, в любом направлении, хоть в условный Вьетнам. В этом беда.

И одно дело, когда приходит Дуров и делает клон Facebook или WhatsApp на открытом рынке, а другое дело — когда тебе закрывают WhatsApp, Viber, Telegram, всё что угодно, и говорят: «Пользуйся этим». Понятно, как это всё будет работать.

Кризис в России: прогнозы, Новости кризиса: текущая ситуация в России , , ,

  1. Пока нет комментариев.
  1. Нет трекбеков.