Доминик Стросс-Кан оценил финансовый сектор Украины и озвучил три главных вопроса западных инвесторов к стране

Доминик Стросс-КанБывший глава Международного валютного фонда Доминик Стросс-Кан, пожалуй, самый яркий и противоречивый персонаж мирового финансового рынка. И если массовому читателю его имя известно из публикаций желтой прессы, то в финансовых кругах он знаменит как опытный финансист и одновременно бунтарь. Именно он в 2011 году, еще будучи директором—распорядителем фонда, выступил на ежегодном совместном заседании МВФ и Всемирного банка, где объявил ошибочной политику этих двух финансовых структур, направленную на максимальную либерализацию рынков в странах с переходной экономикой. Более того, назвал эту политику главной причиной финансово-экономического кризиса 2008 года.

Французскому политику — социалисту, министру промышленности, а затем министру промышленности, экономики и финансов в правительстве Франции в 1990‑х годах — прочили хорошие шансы на президентской кампании во Франции 2012 года, но череда сексуальных скандалов, связанных с его именем, помешала достичь политического успеха.

После ухода с поста главы МВФ в 2012 году Стросс-Кан продолжил работать в частном финансовом секторе, а недавно стал членом наблюдательного совета украинского банка Кредит Днепр, принадлежащего украинскому миллиардеру Виктору Пинчуку. Последнего Стросс-Кан называет своим хорошим другом, а предложение стать членом набсовета банка считает лестным.

5 вопросов Доминику Стросс-Кану:

— Ваше самое больше достижение?

— Мое участие в преодолении финансового кризиса 2008–2009 годов. Тогда национальные правительства и МВФ сделали все возможное, чтобы избежать тяжелых последствий.

— Ваш самый большой провал?

— Об этом многие знают (смеется).

— На чем вы передвигаетесь по городу?

— На автомобиле Audi.

— Последняя прочитанная книга, впечатлившая вас?

— Трилогия Кена Фоллетта Гибель гигантов. Исторический роман, изложенный на трех тысячах страниц, об истории одной семьи в начале ХХ века на фоне всех значимых событий того времени.

— Кому бы вы не подали руки?

— У меня нет ответа на этот вопрос.

— Как вы оцениваете состояние банковской системы Украины в данный момент? Например, работу НБУ по очистке банковской системы.

— Украинская экономика годами находилась в стрессовой ситуации, это было видно еще тогда, когда я был директором—распорядителем МВФ, задолго до начала вооруженного конфликта на востоке страны. Сегодня ситуация впервые улучшается. Но при этом необходимо оставаться критичными в своих оценках.

НБУ проделал хорошую работу. Если мы посмотрим на ситуацию в целом, то увидим, что было сделано все необходимое для поддержания и восстановления экономики. Об этом, в частности, свидетельствует динамика строительного сектора и розничной торговли. Конечно, это не значит, что сделано все, но система становится более стабильной, а в процессе очищения финансовой системы с рынка выведено около 80 проблемных банков. Однако вопрос в том, какими критериями оперирует центральный банк страны в этом вопросе. Я не хочу сказать, что критерии некорректны. Но уверен, что все же основным фактором должна быть прозрачность. Ведь именно прозрачность — это путь к построению доверия. Защита прав кредиторов и реорганизация банковской системы по принципам открытости и доступности — это те вещи, которые способны создать здоровую финансовую систему.

— Тем не менее в Украине сохраняются ограничения по выдаче валюты и контроль над движением капитала. Насколько это эффективно? Возможно, лучше было бы создать благоприятные условия для привлечения капитала в страну?

— Вопрос не в том, эффективно ли это для Украины. Это было необходимо. Актуальный вопрос — настало ли время уходить от этих ограничений. Я думаю, что основная проблема заключается в доверии. Сейчас уровень доверия выше, чем был год назад. Настроения украинцев становятся менее депрессивными. Та же ситуация и с партнерами за рубежом. Конечно, вам необходимы серьезные реформы. И в данном случае речь идет не только об антикоррупционных инициативах, которые необходимо внедрять, но и о реструктуризации финансовой системы, в том числе и с помощью кредитов. Все это жизненно необходимо.

Сейчас резервы Нацбанка уже достаточно велики и в ближайшие несколько месяцев смогут еще вырасти. Конечно, я не владею всей информацией, потому что многие из этих данных непубличны. На мой взгляд, пора прощаться с системой контроля, но постепенно, не за сутки. Для украинской экономики иностранные инвестиции критически важны, однако при таком контроле это тяжело осуществить. Естественно, постепенно его нужно ослаблять.

— Какие еще критерии важны для привлечения инвесторов?

— Украина — интересное место для инвестиций. Я имею в виду и природные, и человеческие ресурсы. Но сегодня никто не уверен, что правила игры не изменятся, верховенство права будет работать и инвестиции не пропадут.

Если бы я обращался к инвесторам в Европе и США, то говорил бы: “Приходите в Украину прямо сейчас. Это подходящее время”. На это мне ответили бы: “Хорошо, но мы должны быть уверены, что деньги, которые мы вкладываем в Украину, во‑первых, будут использованы так, как мы планировали; во‑вторых, не исчезнут; в‑третьих, будут эффективно использованы и принесут прибыль”. Если вы на законодательном уровне, а также на практике сможете продемонстрировать позитивный ответ на все эти три вопроса, инвесторы придут.

— Может ли глава НБУ гарантировать, что правила игры в финансовом секторе не изменятся?

— Глава НБУ не может гарантировать то, на что требуются усилия всего правительства и парламента. Я встречался и с президентом, и с премьер-министром, и с представителями парламента. У меня сложилось впечатление, что все думают в правильном направлении, но не хватает политической воли.

— Сегодня львиная доля кредитов, выдаваемых украинскими банками, выдается связанным лицам, об этом уже говорят в стране. В чем, по вашему мнению, главный риск такой ситуации и как с ней бороться?

— Украина, насколько мне известно, уже меняет законодательство в данном вопросе, но есть и естественный процесс.

У вашей страны есть амбиции работать в глобальном мире в качестве открытой экономики. Это правильные амбиции. Но чтобы их реализовать, есть только один путь — принять общие правила игры. Еще 20 лет назад мир был фрагментирован, и каждая страна могла по‑своему управляться с экономикой, при этом оставаясь успешной. Сегодня это уже невозможно. В Европе, США, Китае, где бы вы ни оказались,— везде одинаковая модель, и вам необходимо интегрироваться в нее. Проблема Украины в том, что для перехода от старой системы к новой необходимо время. К сожалению, этого не сделаешь по мановению волшебной палочки. Кроме того, на трансформацию влияет война. Даже если бы не было конфликта с Россией, все равно это был бы медленный процесс.

— В Украине сложилась уникальная ситуация: страна уже два года живет практически без кредитов, деньги слишком дороги для среднего и малого бизнеса. Каково решение этой проблемы?

— Как бы ни было трудно украинской экономике, но инфляция уже начала замедляться. Думаю, этот процесс будет продолжительным. Банки должны быть готовы к оперативному снижению стоимости ресурса. Это и станет одним из главных стимулов для малого и среднего бизнеса.

— Украинские эксперты весьма критично относятся к росту ВВП в 1–2%, достаточно ли этого Украине для стабильности? Речь идет даже не о росте.

— Конечно, вам нужен больший рост, чем тот, который у вас есть по состоянию на сегодня. Стакан может быть наполовину полон и наполовину пуст. В вашем случае вы демонстрируете развитие.

— Но есть ведь и другой подход: нужно очень быстро бежать, чтобы оставаться на месте. Не про нас ли он?

— Да, конечно, но вы можете посмотреть на другие страны, которые точно так же не укладываются в планируемые цифры роста ВВП. Во Франции — 2%, в Германии — немного выше, но все равно не дотягивает до ожидаемого. В Украине мы имеем дело с новой экономикой, и для нее, в отличие от упомянутых мной стран с ВВП около $ 40 тыс. на душу населения, это действительно немного. Уже сегодня необходимо прирастать со скоростью 5–7% в год. С точки зрения того, как это происходит сейчас, конечно, этого недостаточно.

Необходима четкая цель. Сейчас важно создать условия — законодательные и экономические. Провести реформы, которые, как мне кажется, понемногу начали реализовываться. Кроме того, есть и важный психологический аспект — восстановление доверия внутри страны и за пределами Украины.

Я не хочу вмешиваться в ваши внутренние дела. Это ваша политика. Но что касается имиджа за границей, то сегодня Украина выглядит как страна, способная восстановить свою экономику. Теперь необходимо заставить поверить в это зарубежных партнеров.

— И все же, что Украина может сделать прямо сейчас?

— Одна вещь, которая будет полезна и выгодна Украине,— это развитие сельскохозяйственной отрасли, занимающей основную долю вашего экспорта. Знаю, что вы уже занимаетесь этим, и думаю, что у вас есть большая возможность “рвануть”.

В долгосрочной перспективе полагаться только на сельское хозяйство неразумно, но несколько ближайших лет вы можете укреплять свои позиции именно благодаря развитию АПК.

В нашем банке мы также решили акцентировать внимание на агросектор — поскольку это выгодно бизнесу, а значит, выгодно и для Украины. Развитие этой отрасли создаст много новых рабочих мест, увеличит добавленную стоимость и позволит приобрести серьезный опыт.

— Сегодня на руках у украинцев находится более $ 60 млрд. Как банкам Украины возобновить доверие и привлечь эти деньги?

— Это вопрос доверия не только к банкам, это вопрос доверия ко всей политической и экономической системе. Европейское сообщество предложило Украине пойти на выполнение очень непростых условий. Конечно, международное сообщество говорит с Украиной не только голосом МВФ, но Международный валютный фонд — это голоса 189 стран мира. И даже несмотря на то, что МВФ иногда может оказываться неправ, основное направление — верное.

Считаю, что на сегодняшний день уже многое сделано. Бюджет приведен в порядок, он более качественно сбалансирован. При этом я понимаю, какую цену пришлось за это заплатить людям. Эта высокая цена позволила улучшить нынешнюю ситуацию в Украине.

В первую очередь сейчас вы должны бороться с коррупцией. Список ваших задач вполне понятен и ненов. Все то, что было эффективно для Украины три года назад, эффективно и сейчас. Нужно понимать, что путь к восстановлению доверия — долгий, и мои советы могут подтвердить, что вы на правильном пути. Но это не ускорит сам процесс.

— Сегодня главная интрига для украинцев — получит ли Украина третий транш от МВФ. Основываясь на вашем опыте, скажите: есть ли какие‑либо препятствия на пути к этому?

— Покидая пост директора—распорядителя МВФ, я дал обязательства не комментировать работу фонда.

— ВВП Франции и Германии прирастает на 1–2% в год, соответственно, многие говорят о кризисе. Согласны ли вы с таким утверждением?

— Я не ожидаю каких‑либо экстраординарных ситуаций в Европе. Но и та ситуация, которая сложилась сейчас,— это тоже не очень хорошо. Я не вижу рычага, который мог бы поспособствовать росту, и опасаюсь, что подобная ситуация продлится достаточно долго.

Ольга Духнич, «Новое время» №24 от 8 июля 2016 года

Новости кризиса: текущая ситуация в мире ,

  1. Пока нет комментариев.
  1. Нет трекбеков.