Прямая линия Путина — попытка реставрации образа вождя

Путин озабоченПутин вернулся во внутреннюю политику: он занялся политически значимыми вопросами, типа создания Национальной гвардии, структурных реформ в экономике, взялся за реставрацию своего политического лидерства, поблекшего внутри страны. Очевидно, что Путин стремится провести коррекцию и наконец выйти из двух лет не только геополитического, но и персонального внутриполитического кризиса.

Прямую линию многие ждали как очередной наскучивший спектакль, который из года в год должен показывать, какой Владимир Путин правильный, сильный, эффективный, компетентный и чуткий политический лидер. Лидер, которому нет равных в стране. Однако в 2015 году произошел сбой, и этот сбой проявился не только в процессе проведения прямой линии в прошлом апреле, но и на итоговой пресс-конференции. Нынешняя прямая линия, безусловно, стала заметной попыткой реставрации прежнего образа, попыткой исправить ошибки прошлогоднего публичного позиционирования.

Вряд ли можно спорить с тем, что 2015 год стал психологически тяжелым для Путина. Даже более тяжелым, чем 2014-й, когда разразился геополитический кризис, были введены санкции, упали мировые цены на нефть, произошла трагедия с Boeing 777. Именно в 2015 году стало понятно, что игры закончились, Россия по сценарию Грузии-2008 прощена не будет, санкции – надолго, дешевая нефть – тоже. И, даже несмотря на сирийский кульбит, который во многом выправил пошатнувшееся положение России на мировой арене, выйти на прежнюю прямую, ведущую страну к статусу полноправного члена G8, не удастся.

Наверное, именно этим объяснялся уход Путина из внутренней политики и неожиданно глубокое изменение его публичного поведения и риторики. Сначала апрельская прямая линия 2015 года, по которой стало видно, что Путин вдруг устал быть «народным президентом». От него веяло холодом, непониманием нужд простых людей, нежеланием вести диалог. Казалось, что он и сам хуже понимает, что там творится в стране, он буквально выпал из внутрироссийской повестки. Вместо этого он ощетинился, агрессивно защищал своих «друзей» от нападок, а всех недовольных мелкими, в контексте его пирамиды приоритетов, проблемами отправлял в правительство.

Подобный тренд стал еще более выраженным во время большой декабрьской пресс-конференции. Он часто не имел ответа на вопросы, его дискурс вообще исключал сферу внутренней политики, которой как будто больше не существовало, по крайней мере для него. Он очень устал, это было видно. Вероятно, конец 2015 года довел до пределов: теракт против российского лайнера в Египте, провал проекта антитеррористической коалиции по типу антигитлеровской, конфликт с Турцией. В 2015 году мы видели нового и незнакомого Путина, который не нравился не только либералам, но и, кажется, его собственным избирателям.

Но сегодняшний Путин – полная противоположность Путину-2015. Очевидна попытка выправить образ президента, откорректировать прежние ошибки. Это, пожалуй, одна из главных хороших новостей: Путин обучаем в вопросах собственного перепозиционирования, что не всегда легко для лидеров авторитарного типа.

По итогам прямой линии можно выделить несколько ключевых качеств Путина, которые он пытается реставрировать.

Человек

В прошлом году Путин казался холодной государственной машиной, лишенной сочувствия и эмпатии. Тональность разговора с работниками стройки космодрома Восточный или с ветеранами ВОВ поражала своим цинизмом. В этот раз все выглядит совершенно иначе. Путин предстает чутким, внимательным, спокойным человеком. Именно человеком, а не президентом-функцией.

Нынешняя прямая линия гораздо более «клиентоориентированная», чем прежняя. Президент способен к сочувствую (чего стоят его извинения перед жителями Сахалинской области), более открыт и менее напряжен. Он больше не огрызается, когда его спрашивают о личной жизни.

Вопрос о личной жизни сам по себе очень красочен: понятно, что было задумано, чтобы он прозвучал. Ответ Путина был прозрачен: как любой нормальный человек, он в паре. Первая леди, может быть, даже будет представлена, если президент сочтет нужным. Для «человека» это важно. Прежний концепт «женат на стране» странноват, особенно когда кандидат демонстрирует озлобленность и плохо сдерживаемые негативные эмоции.

Сегодня мы увидели другого Путина – он стыдливо признается, что иногда ругается матом, рассказывает, что предпочитает есть кашу по утрам, а когда болен, принимает дешевые лекарства. Образ простого русского парня, пусть и весьма кустарный и грубый, возвращается. Правда, в этот раз без дворовщины и хамства.

Эффективный менеджер

В прошлом году казалось, что компетенция Путина существенно сузилась. Всю рутину (а рутиной становилось буквально все, что не Сирия и Украина) он сбрасывал правительству. «Не знаю», – неоднократно отвечал президент во время большой пресс-конференции. Из эффективного менеджера, коим он пришел к власти, Путин в 2015 году превратился в глобального стратега, вышедшего куда-то далеко за орбиты российской реальности.

Сейчас мы видим Путина, который снова, как и в прежние годы, готов и умеет отвечать на вопросы. Он снова сыплет цифрами. О том, что он сам гораздо серьезнее отнесся к прямой линии, чем в прошлом году, говорит и репетиция накануне, и заранее заготовленная бумажка, с которой он пришел в студию.

В прошлом году создавалось впечатление, что уже ничего не решается не только без Путина, но и с Путиным. Сейчас советники президента, кажется, приложили немало усилий, чтобы исправить это. Мощь его слова как бы случайно демонстрируют омские власти, мгновенно отреагировавшие на критику ситуации с дорогами в самом начале прямой линии.

Путин легко и непринужденно решает проблему земель Тимирязевской академии, из-за которых в Москве начались локальные протесты. А чего стоит реакция Следственного комитета Сахалинской области, возбудившего уголовное дело против директора завода на Шикотане, где задерживаются зарплаты, – спустя всего час после того, как проблема прозвучала в эфире. Прокурор Сахалинской области, возможно, вскоре лишится должности.

Линия на сближение с чиновниками и элитой также стала менее выраженной. Путин больше не защитник бюрократии от нападок «пятой колонны», он снова пытается вернуть себе статус верховного арбитра. Очень аккуратные комментарии про Ролдугина и Ротенберга (в отличие от прежних циничных попыток заступиться за детей и отцов элиты), представших едва ли не бедными родственниками. Первый – еле сводит концы с концами, второй взял на себя груз стройки века (Крымского моста) под санкциями. Для экспертов это выглядит несерьезно, но населению – понятно.

Терапевт

Социальная проблематика снова на первом месте. Больше решений, вовлеченности, меньше геополитики. Дороги, пенсии, зарплаты, цены в магазине, дорогие лекарства, ЖКХ и капремонт. Путин готов к диалогу по больным для миллионов россиян темам, а не отмахивается от них. Сообщать плохие новости тоже надо, и Путин учится это делать, минимизируя ущерб. Он разъясняет, зачем платить за капремонт, почему в отрасли машиностроения задерживают зарплаты и как быть в ситуации роста тарифов на ЖКХ.

Президент, кажется, лично вступил в избирательную гонку, понимая, что оставить все на самотек слишком рискованно даже при сохранении высоких личных рейтингов. Он показывает, что вроде никуда и не уходил, все под контролем, а нужды простого россиянина ничуть не менее значимы, чем внешние геополитические игры, ценность которых объяснять все сложнее.

Миротворец

От изоляционистской риторики Путин стал уходить осенью прошлого года, с началом кампании в Сирии. Стратегия навязывания партнерства Западу оказалась эффективной, но требовала заметного смягчения риторики. Итоги этого подхода наблюдаются и на нынешней прямой линии.

Внешней политики стало меньше. Причем вопрос не столько в продолжительности, сколько в эмоциональном отношении президента к проблемам. Он хочет, чтобы мы поверили, что Путина отпустило и внешняя политика уступает внутренней.

Практически не было ситуаций демонстративной конфликтности, за исключением темы панамского досье. Даже говоря про своего друга Ролдугина, Путин неплохо держался, хотя было видно, что ситуация задевает его за живое. Сорвался он, лишь перейдя к излюбленной теме интриг Вашингтона, стремящегося, по мнению Путина, повлиять на исход выборов в России. Путин, банально переврав факты, назвал американский инвестбанк Goldman Sachs компанией, которая стоит за газетой Süddeutsche Zeitung. Именно там впервые были опубликованы результаты расследования панамских бумаг. Но издание принадлежит немецким предпринимателям, а Goldman Sachs лишь пытался, но так и не сумел купить ИД.

За исключением этой ситуации, Путин держался дружественно и в отношении Турции, и в отношении Украины, рассказав даже о договоренности с Петром Порошенко расширить контингент ОБСЕ в зоне конфликта на востоке Украины. Никакой «заговор» не вылез в истории с допингом, а Обама заслужил весьма лестную оценку – Путин назвал его «сильным президентом» за признание ошибочности военной операции в Ливии.

Также почти полностью исчезла тема «пятой колонны» – своеобразного продолжения темы козней Вашингтона. Обошлось без обвинений в адрес внесистемной оппозиции, что расходится с внутриполитической повесткой, где давление на лидеров либерального лагеря значительно выросло. Наблюдается, вероятно, новый подход: уход от нагнетания искусственной поляризации в обществе между либералами и охранителями. Путин не хочет ассоциировать себя с грязной работой по дискредитации лидеров оппозиции.

Показателен и сюжет с Кадыровым: покровительство в отношении чеченского лидера сочеталось с признанием недопустимости выхода за определенные пределы. Путин, как он заявил, лично объяснял Кадырову, что у всего есть границы, имея в виду публикацию видео Касьянова под прицелом.

Реформатор

Хотя на протяжении всего своего правления Путин оставался сторонником рыночной модели в экономике, он скептически относился к необходимости серьезных реформ. А в последний год даже стал контрреформатором: можно вспомнить его раздражительные выпады в адрес Алексея Кудрина и Бориса Титова на прошлогодней прямой линии – мол, сами виноваты, что реформ не было. Рыночник без реформ – именно таким был Путин почти все годы своего правления, не считая попыток провести структурные перемены во время своего первого срока.

Реформатором сегодня президент тоже не стал, но зато подтвердил ходившие в последние дни слухи, что Алексея Кудрина привлекут к разработке стратегии развития страны. Тут еще остается много вопросов: в каком качестве, с какими полномочиями, как быть с потенциальным конфликтом с правительством, где взять деньги и т.д. Но похоже, что Путин дал добро на реформы под руководством Кудрина.

Интрига стратегического масштаба тут одна: является ли это президентское одобрение предвыборным страхом упустить инициативу в экономической повестке или это понимание губительности дальнейшего бездействия? Но как минимум Путин сам сигнализирует, что он попробует снова что-то поменять в экономике.

В этом контексте линия, которая нашла свое отражение в президентском послании Федеральному собранию в декабре прошлого года, подтверждается: Путин стремится пристроиться к условной «предпринимательской инициативе» власти, которая возникла одновременно и как ответ на кризис, и как предвыборный проект.

Политический лидер

Нельзя не заметить попытку Путина вернуть амплуа национального лидера, надпартийного арбитра, который с почтением смотрит на стабилизирующуся партийную систему, отдает дань уважения (но при этом с определенной дистанцией) «Единой России», за которой оставляет роль главной и наиболее политически ответственной силы страны.

В то же время выборы, несмотря на попытки организаторов прямой линии добавить этот актуальный сюжет в повестку, не слишком озаботили президента. Свои обязанности лидера он выполнял рутинно и без особого интереса. Видно, что ему гораздо комфортнее апеллировать к «фронтовикам», чем к единороссам, а вся эта партийная жизнь слишком далека от его будней. Это тоже к вопросу о значимости политических партий в России: институт стремительно костенеет, несмотря на все усилия убедить аудиторию в росте политической конкуренции.

Путин вернулся во внутреннюю политику: он занялся политически значимыми вопросами, типа создания Национальной гвардии, структурных реформ в экономике, взялся за реставрацию своего политического лидерства, поблекшего внутри страны. Пока не до конца понятно, насколько серьезна новая тенденция: это предвыборный маневр, имиджевая технология, реакция на конъюнктуру или новый путинский приоритет. Но каким бы ни был ответ, очевидно, что Путин стремится провести коррекцию и наконец выйти из двух лет не только геополитического, но и персонального внутриполитического кризиса.

Татьяна Становая, carnegie.ru

Новости кризиса: текущая ситуация в России ,

  1. Пока нет комментариев.
  1. Нет трекбеков.