73% российских семей не имеют сбережений

73% российских семей не имеют сбереженийОпрос показал, что никаких сбережений на черный день сейчас не имеют 73% российских семей, из которых 12% потратили все в последнее время. Еще 10% россиян проедают остатки своих сбережений прямо сейчас, пишет РБК со ссылкой на данные исследовательского холдинга «Ромир». Каждая восьмая семья (12%) лишилась ранее накопленного за время нынешнего кризиса, а еще 61% «заначки» на черный день не имел и до его начала.

Социологи отмечают, что наиболее часто на полное отсутствие сбережений жалуются молодые семьи (от 18 до 24 лет), а также жители сельской местности.

Каждая десятая российская семья проедает ранее сделанные сбережения прямо сейчас. В том, что часть отложенного в «жирные годы» уже пришлось потратить, признались 10% участников проведенного «Ромиром» опроса.

В отчете социологов особо отмечается, что сбережения россиян в последние полгода тратятся в первую очередь не на дорогостоящие покупки вроде жилья, ювелирных изделий или даже бытовой техники. Расходы по всем этим статьям сократились вдвое или даже больше, в собственный бизнес сбережения россияне вкладывать перестали вовсе и даже расходы на образов​​ание и лечение сократили в полтора-два раза.

При этом вариант «другое», говоря о том, куда были потрачены отложенные на черный день деньги, выбрали сразу 59% участников опроса. Таким образом, речь, скорее всего, идет о тратах на повседневные нужды — одежду, обувь или даже просто продукты.

Доля семей, в которых сбережения были всегда и есть сегодня, сократилась в начале 2016 года с 21 до 17%. При этом чаще других о наличии собственной финансовой «подушки безопасности» заявляли россияне в возрасте 25–34 лет и жители городов-миллионников с доходом выше среднего.

Подавляющее большинство тех, у кого какие-то сбережения еще есть, предпочитает хранить их в рублях. Более того, за последний год доля тех, кто верит только в рубль, выросла с 80 до 88%, в то время как число тех, кто вкладывает деньги в валюту, существенно сократилось.

В начале марта 2016 года «Ромир» сообщил, что более четверти россиян в качестве меры борьбы с кризисом сокращают расходы на товары первой необходимости и продукты питания, пишет РБК.

Комментарий Виталия Портникова

Опрос исследовательского центра «Ромир» показал, что 73 процента россиян больше не имеют никаких сбережений. Причем люди беднеют прямо-таки стремительно. 12 процентов опрошенных сказали социологам, что растратили свои сбережения за последние месяцы. Учитывая «схлопывание» российской экономики, можно уверенно предсказать, что уже к концу года количество россиян, у которых практически нет ничего за душой, приблизится к рейтингу поддержки президента России Владимира Путина.

Это, собственно, и есть настоящий рейтинг российского президента — блестящий результат его пребывания у власти и в особенности авантюр последних трех лет. Потому что три года назад тот же «Ромир» констатировал, что сбережения имели 72 процента россиян — то есть практически столько же, сколько не имеют сейчас. А потом были Крым, Донбасс, санкции, антисанкции, нефтяной шок, Сирия — глупость за глупостью, бедность за бедностью, и эта самоубийственная вакханалия продолжается то ли при поддержке, то ли при равнодушном молчании выживающих.

Я далек от мысли, что после окончательного исчезновения россиян со сбережениями — или с концентрацией их в районе Рублевки — рейтинг Путина упадет. Нет, не упадет, напротив: Путин станет единственным кормильцем большинства своих соотечественников — тем, кто дает надежду на завтрашний день. Но ведь так в российской истории уже было — когда последней надеждой своих нищих подданных были генеральные секретари, регулярно к тому же обкрадывавшие сограждан с помощью разнообразных денежных реформ и прочих махинаций. И ничего — любили! Если бы «Ромир» проводил свои исследования в сталинские, хрущевские или даже вегетарианские брежневские времена, мы имели бы точно такой же результат — 73 процентов нищих без уверенности в завтрашнем дне и почти 100-процентный рейтинг вождя.

Миновали жирные нефтяные годы, когда россияне впервые за послереволюционное столетие — а многие, внуки и правнуки крепостных, так вообще впервые — получили возможность хотя бы что-то накопить. Хотя бы как-то избавиться от тягостных мыслей о том, что будет, если заболеют родители, или придется помогать детям, или просто захочется поехать отдыхать не туда, куда позволяет зарплата, а туда, куда хочется. Путин всю эту недолгую и непрочную уверенность своего народа спустил в крымский унитаз как ненужное дерьмо. И теперь он опять царь бедняков, которые зависят не от своих денег, а от его милостей.

Но на месте незадачливого правителя я бы не радовался. Он ведь вместе с нами жил в последние советские годы и должен помнить, что происходит, когда у царя исчезает возможность прокорма, когда его подданные оказываются предоставлены самим себе в нужде и безысходности. Тогда в унитаз спускают уже не украденные у людей сбережения, а портреты членов политбюро.

Путин и его камарилья — это даже не политбюро. Так, мелкие жулики, неожиданно завладевшие крупными ресурсами, да так и не понявшие, что с ними делать. Поэтому режим, который кажется сегодня незыблемым, рассыплется как карточный домик в ту самую минуту, когда сбережения людей будут окончательно съедены экономическим крахом, а у государства не останется средств на регулярные выплаты. И тут думать нужно не о том, случится ли это, а исключительно о том, когда и как это случится.

Социальная статистика кризиса ,

  1. Пока нет комментариев.
  1. Нет трекбеков.