Путинская экономика — экономика саморазрушения

Владислав ИноземцевС «черного вторника», за который рубль потерял четверть своей стоимости, прошло чуть больше года, но состояние российской экономики остается неопределенным. За последние 12 месяцев валовой внутренний продукт сократился на 3,9%. Это меньше, чем год назад ожидали многие аналитики, и кроме того правительство сумело удержать инфляцию на уровне ниже 13%. Однако ни первоначальные официальные прогнозы, обещавшие восстановление роста в третьем квартале 2015 года, ни более поздние прогнозы, согласно которым рост должен был восстановиться до конца года, также не сбылись.

И международные финансовые структуры, и российское министерство экономического развития сейчас сходятся в том, что в 2016 году экономика не вырастет. Международный валютный фонд и Всемирный банк утверждали в декабре, что спад должен составить 0,6%, в то время как на прошлой неделе российские власти заявили, что они ожидают сокращения на 0,8%. Как бы то ни было, сложившийся сейчас консенсус предполагает, восстановление роста в 2017 году. Если этот прогноз сбудется, можно будет сказать, что все это было обычным экономическим спадом, порожденным снижением нефтяных цен и западными санкциями.

Однако что же будет, если рост не восстановится?

Я бы сказал, что сейчас дела в российской экономике обстоят хуже, чем даже в 2009 году. Реальные чистые доходы сильно уменьшились, а номинальные зарплаты в пересчете на доллары по текущему обменному курсу выглядят меньше, чем в 2005 году. Розничные продажи упали вдвое ниже, чем в 2009 году. Поступления в федеральный бюджет (также в пересчете на доллары) находятся на уровне 2006 года. Средняя цена новой квартиры в Москве по сравнению с 2014 годом уменьшилась на 16% в рублях и более, чем на половину в долларах. Арендные ставки для офисов в Москве и Санкт-Петербурге откатились к уровню 2002 года. Российская экономика страдает одновременно от сокращения нефтяной выручки и нарастающего бюрократического давления — не говоря о параноидальной внешней политике страны.

Если рассматривать историю российской экономики с начала 2000-х годов, можно заметить, что она четко делится на два периода. Первый продолжался с 2000 года по 2007 год. В это время экономика росла примерно на 7% в год, российский фондовый индекс РТС взлетал вверх и средние доходы возросли более, чем в три раза. Снижались налоги, расширялось международное сотрудничество. Россия поднималась.

Однако затем наступил второй период, который сейчас мы можем назвать застоем. В период с 2008 года по 2015 год средний годовой рост был близок к нулю. Усилился отток капитала, иностранные инвесторы оттеснялись на обочину, бизнес-климат ухудшался, вводились новые налоги, а существующие росли. Военные расходы удвоились, а президент Владимир Путин, интересы которого, по-видимому, полностью сдвинулись из области экономики в область геополитики, развернул военные операции в Грузии, на Украине и в Сирии.

Второй период обычно описывают как два кризиса и одно восстановление, однако точнее было бы рассматривать его как один длинный этап отсутствия роста. Как признал премьер-министр Дмитрий Медведев, Россия оказалась в новом кризисе, не успев полностью выйти из предыдущего. Если смотреть с этой точки зрения, периоды роста и застоя соответствуют друг другу, составляя по восемь-девять лет каждый. А так как российская экономика теперь полностью подчинена политике, которая становится все менее либеральной, на восстановление не стоит надеяться, даже если санкции будут сняты и нефтяные цены вернутся к более нормальному уровню.

Россия в прошлом уже переживала кризисы, однако иностранные компании так активно не ликвидировали свои инвестиции ни в 1998 году, ни в 2008 году. Своими «контрсанкциями» против Европейского Союза, конфликтами с Турцией и заявлениями о том, что изменчивое российское законодательство имеет преимущество перед международными соглашениями, правительство убедило внутренних и иностранных инвесторов не расширять вложения. За последний год более 20 западных корпораций, включая Opel, Adobe Systems и Stockmann, свернули свой российский бизнес, а около 30 принадлежавших иностранцам производственных объектов были закрыты. Эмиграция из России, составлявшая в 2008-2010 годах 35 000 человек в год, возросла в 2015 году, по предварительным оценкам, до 400 000 человек. Я не вижу оснований ожидать, что эти тенденции могут измениться.

Если я прав, и российская экономика в 2016 году сократится, как и в 2015 году, вполне может оказаться, что мы видим не очередной кризис, а начало длительного спада — нечто подобное тому, что происходило в Венесуэле во второй половине 2000-х годов. В таком случае, за фазой застоя последует не возрождение, а свободное падение, которое может продолжаться годами и затронуть четвертый (или пятый, в зависимости от того, как считать) срок Путина, начинающийся в 2018 году.

Дело в том, что в 1990-х годах и в начале 2000-х годов Россия, как бы хаотично она ни выглядела, была страной надежды. Инвесторов привлекали ее внутренние условия — динамичные и продолжавшие улучшаться. После 2012 года ситуация изменилась. Теперь Россия — это территория разочарования.

В 2016 году я бы посоветовал тем, кто интересуется состоянием российской экономики, проявлять осторожность. Если рост не восстановится, это, возможно, будет означать, что страна вступила в период экономического саморазрушения, который может стать третьей фазой путинского правления.

Автор — Владислав Иноземцев, приглашенный сотрудник вашингтонского Центра стратегических и международных исследований, директор московского Центра исследований постиндустриального общества

Источник — The Washington Post, США. Перевод ИноСМИ

Кризис в России: прогнозы , , , ,

  1. Пока нет комментариев.
  1. Нет трекбеков.