На «Турецком потоке» поставлен крест?

Экспорт газа из России упалМинистр энергетики и природных ресурсов Турции Танер Йылдыз заявил, что страна не пойдет на уступки российской компании «Газпром» в вопросах реализации проекта «Турецкий поток». «Москва видит в нас только транзитную страну. Для нас в этом нет никакого смысла. Мы заинтересованы в создании совместной системы поставок. Принципиальное соглашение по этому вопросу было достигнуто, однако Россия пошла на попятную», — отметил он.

По мнению министра, «Турецкий поток» должен отвечать интересам как Москвы, так и Анкары. «Мы никогда не пойдем на уступки, которые угрожают нашим интересам», — отметил политик, добавив, что проблема не может быть решена только предоставлением скидок на газ.

Ранее сообщалось, что первая нитка морского газопровода «Турецкий поток» из России на запад Турции должна заработать в конце 2016 года. Она будет нацелена на снабжение запада Турции вместо украинского транзита. Следующие три нитки предназначены на замену поставок газа странам центральной и южной Европы взамен украинского транзита. Предполагается, что мощность газопровода составит до 60 млрд кубометров газа в год.

Комментарий Анатолия Несмияна

Турция устами министра энергетики Танера Йылдыза заявила, что не пойдет «Газпрому на уступки в вопросах реализации «Турецкого потока». Основная претензия — Турция не хочет быть транзитной страной, она желает быть партнером по продаже газа.

Логика турок двоякая — у «Газпрома» провалы в политике идут один за другим, не так давно Миллер жаловался Путину об избыточных мощностям почти в 150 млрд кубометров, которые «Газпром» не может реализовать на экспорт. Все проекты «Газпрома» из числа тех, которые запущены «при Миллере», либо полностью провалены, как Штокман или Южный поток, либо не дают ожидаемый и заложенный в них доход. Китайские проекты убыточны насквозь, убытки прикрыты бюджетом. В таких условиях не выкрутить руки партнеру просто нелепо: ему деваться, в сущности, некуда.

Вторая причина — Турция не хочет становиться Украиной. Прекрасно понимая риски, которые несет в себе транзитный статус страны, прокачивающей через себя российский газ, турки требуют платы за риск. США уже в открытую лоббируют газовые проекты Ирана, Обама ради того, чтобы добить российские интересы в Европе, пошел на весьма рискованный с точки зрения предвыборных перспектив Демпартии шаг — замирился с Ираном. В таких условиях Турция не будет за красивые глаза переводить на себя гнев Штатов, пропуская через себя в Европу российский газ в пику Обаме. Платите, ребята — вот логика требований Йылдыза.

Турецкие интересы понятны и прозрачны. Вопрос не в Турции. Вопрос в том, что «Турецкий поток» в очередной раз становится наглядным примером качества принимаемых в России решений. Сугубо ситуативное, судорожное и совершенно непросчитанное, при том оглашенное на самом высшем уровне — это откровенный позор. Так опуститься, чтобы буквально через пару-тройку месяцев все громко заявленные цели спустились с рокотом в унитаз — трудно придумать что-то более унизительное для авторитета страны и ее руководства.

Глядя на махровый дилентантизм, за который, кстати, газпромовский менеджмент получает фантастические зарплаты, очень трудно предположить, что в других областях российского управления ситуация выглядит существенно лучше. В принципе, когда личные секретари, диркетора мебельных фабрик или заведующие районых гостиниц вдруг пересаживаются в высочайшие кресла только потому, что они друзья или хорошие знакомые первых лиц — трудно ожидать какого-то иного эффекта.

Все любители рассказов про мудрые и тайные стратегические планы российского руководства по Украине не способны увязать деградировавший до самого плинтуса уровень принятия решений в современной России с нарисованной ими лубочной картинкой. Видимо, потому что у них с уровнем ничуть не лучше.

Комментарий Станислава Тарасова: Кто поставит крест на «Турецком потоке»?

Высказывание турецкого министра означает, что дискуссионные в российско-турецких отношениях темы цены на газ и работы по «Турецкому потоку», которые ранее были разведены, стали сходиться.

Сначала были только предположения. Утверждали, что «Турецкий поток» станет новым «Голубым потоком — 2» потому, что это его маршрут определялся Москвой, а не Турцией. Анкара желала, чтобы «Турецкий поток» пересекал Чёрное море с востока на запад, как было бы с «Южным потоком», и заканчивался на черноморском побережье турецкого Трейса в Европе. Далее трубопровод должен пройти через турецкий Трейс от Чёрного моря до Средиземноморского побережья, предоставляя возможность экспортировать газ не только на европейский, но и на мировые рынки. Однако Россия говорила только о намерении построить газовый хаб на турецко-греческой границе. В частности, не решен вопрос доставки газа потребителям по территории юго-восточной Европы, где нет инфраструктуры для масштабной транспортировки при подаче газа со стороны Турции. «Газпром” уже дал понять, что строить ее не собирается: приходите на газовый хаб на границе Турции и Греции и берите себе необходимые объемы.

Признаки осложнений российско-турецких газовых отношений появлялись постепенно, но шли по нарастающей, хотя временами казалось, что стороны вполне могут отыскать варианты выхода из ситуации. Президенты Турции и России Реджеп Тайип Эрдоган и Владимир Путин неоднократно обсуждали различные аспекты взаимодействия «с акцентом на совместные проекты в сфере энергетики, включая «Турецкий поток». В последний раз они провели встречу в Баку во время участия в открытии Европейских игр. Поначалу все проблемы публично сводились к ценовому компоненту. Российская сторона настаивала на контрактной цене, а Botas — на базовой. Временами казалось, что Турция сознательно затягивает время в переговорах по «Турецкому потоку», чтобы обозначить старт строительства Трансанатолийского газопровода TANAP из Азербайджана. Но объявления о строительстве «Северного потока-2», затем о сохранении транзита российского газа через Украину оценивалось некоторыми европейскими экспертами как результат определенных договоренностей с Германией: сохранить транзит через территорию Украины, а в Европе Берлин должен стать главным распределителем российского газа. В этой связи Deutsche Welle сообщала о встрече 8 июля в Берлине главы «Газпрома» Алексея Миллера с вице-канцлером, министром экономики и энергетики Германии Зигмаром Габриэльем, на которой обсуждались эти проблемы. «Миллер 26 июня в Москве на годовом собрании акционеров «Газпрома», обе нитки газопровода «Северный поток -2 «должны быть сданы в эксплуатацию к концу 2019 года, — подчеркивает Deutsche Welle — Именно в эти же сроки первоначально планировалось ввести в строй и четыре нитки «Турецкого потока», чтобы полностью прекратить прокачку газа через Украину. Но это, как окончательно стало ясно 7−8 июля, уже точно не получится. Недаром Москва, вопреки всем предыдущим заверениям, вдруг заговорила о продлении транзита по украинской территории и после 2019 года».

По этой схеме трансформация «Южного потока” в «Турецкий поток”, а потом, возможно, и его замораживание говорит о геополитических маневрах «Газпрома» в сторону Европы, а не Ближнего Востока. После его отказа от контракта с подрядчиком Saipem на прокладку трубопровода в Турцию, стало ясно, что интересы двух стран по этому проекту стали расходиться. К тому же Анкара затягивала подписание межправительственного соглашения по «Турецкому потоку», относя эту акцию к компетенции нового правительства, которое еще только формируется. Помимо этого лидеры оппозиционных партий, представители которых могут войти в состав нового кабинета, заявили, что намерены пересмотреть все реализуемые энергетические проекты. Анкара стала занимать более жесткую позицию, ведя двойную игру: заставить Россию платить за предоставление «газового окна» в Европу, игнорируя то, что наращивание энергетического присутствия России в стране объективно является и фактором укрепления для Турции ее региональной безопасности. При этом Анкара кивала в сторону Азербайджана и Туркменистана, а после снятия с Ирана санкций рассчитывает на использование его энергоресурсов для заполнения Трансанатолийского газопровода (TANAP). Тегеран действительно обладает запасами «голубого топлива» мирового значения. Доказанные запасы иранского газа превышают 30 трлн куб. метров. Но в случае присоединения Ирана к TANAP произойдет резкое изменение регионального газового рынка в сторону увеличения энергетической значимости Тегерана на фоне геополитической маргинализации азербайджанских и туркменских энергоресурсов. Новый расклад сил определит и новый вектор политики на Ближнем Востоке и в Закавказье, даже в том случае, если Иран решит — минуя TANAP — станет поставлять свой газ в Турцию и через нее в Европу, что связано с созданием инфраструктуры в зонах геополитической деградации.

Пока же схема действий «Газпрома» сводится к альянсу с Германией и поддерживанию сотрудничества с Турцией. Как пишет американское издание The National Interest, «игры с трубопроводами бесконечны, потому что существует огромное количество старых и новых факторов, меняющих правила игры». Так что все может еще раз поменяться.

Новости кризиса: текущая ситуация в мире, Новости кризиса: текущая ситуация в России , ,

  1. Пока нет комментариев.
  1. Нет трекбеков.