Последствия европейских санкций для России и россиян

Что будет, если Евросоюз накажет Россию еще сильнее? Санкции принесут россиянам слабый рубль, рост цен на импорт и удорожание потребительских кредитов, пишет «Профиль».

Евросоюз расширил список российских чиновников и компаний, которым запрещен въезд в ЕС и грозит арест активов. По некоторой информации, среди невыездных на этот раз оказались руководитель ФСБ Александр Бортников, директор СВР Михаил Фрадков, секретарь Совбеза Николай Патрушев, а также глава Чечни Рамзан Кадыров. Впрочем, в России с тревогой ждут вовсе не новых персональных санкций. На следующей неделе экстренный саммит лидеров ЕС должен утвердить так называемые секторальные санкции.

Самая суровая из предложенных Еврокомиссией мер — запрет европейским финансовым институтам покупать долговые бумаги и акции тех российских банков, доля госучастия в капитале которых превышает 50%. Это практически все ведущие банки страны. Запрещается также поставка высокотехнологичного оборудования, в том числе для разведки и освоения месторождений нефти и газа. Среди экспертов, которых «Профиль» попросил обрисовать последствия антироссийских мер Евросоюза, нашлись и те, кто предсказал нашей экономике и гражданам едва ли не финансовую катастрофу.

Нас ждут тяжелые времена

Владислав Иноземцев, профессор экономики МГУ, директор Центра исследований постиндустриального общества:

— Я думаю, что сейчас Европейский Союз исключительно близок к введению самых жестких санкций в отношении России. Скорее всего, мы до середины августа увидим запрет на кредитование государственных банков как наиболее вовлеченных в финансирование проектов в Крыму и как потенциально близких к президенту Владимиру Путину. Последствиями станет нарастающее направление правительственных резервов, включая Фонд национального благосостояния и Резервный фонд, на рекапитализацию этих банков — и, соответственно, торможение крупных инвестиционных проектов в сфере инфраструктуры, которые должны были финансировать из этих же источников. Кроме того, возрастёт на 1,5-2% годовых цена фондирования на внутреннем рынке, возникнут предпосылки для роста инфляции и, что важнее, дальнейшего торможения инвестиционной деятельности. На мой взгляд, только запрет на работу европейцев с нашими госбанками может кумулятивно обойтись российской экономике в 1-1,25% роста ВВП во второй половине года, то есть обеспечить нам рецессию.

Скорее всего, запрет не затронет корпоративный сектор и частные банки (европейцы принципиально будут наносить удар только по государственному сегменту), но сами по себе санкции против крупных российских финансовых структур спровоцируют фронтальную распродажу активов. Индексы нашей фондовой биржи сократятся на 8-12%, ставки по кредитам начнут устойчивый рост.

Относительно эмбарго на высокотехнологичное оборудование – оно весьма вероятно, так как речь идёт о тех секторах, где тотально доминирует государство (только госкомпании могут работать на шельфе и в сфере сжижения газа, а в оборонке и космической сфере все и вовсе огосударствленно). Поэтому я практически наверняка уверен, что европейцы и американцы введут подобные санкции – и это, собственно, будет нам уроком в том смысле, что экономика с большим частным сектором более, а не менее, устойчива, чем экономика с большим государственным сектором, как считают в Кремле и в правительстве.

Подводя итог, можно сказать – Россия сегодня не готова к санкциям, ей нечего на это ответить, и курс, который ведет правительство, выглядит с экономической точки зрения вполне безрассудно. Приходится признать, что геополитика полностью вытеснила экономику из приоритетов власти, потому бизнесу и населению нужно готовиться к тяжёлым временам.

Китай не поможет

Андрей Нечаев, председатель партии «Гражданская инициатива», в 1992-93 годах министр экономики России:

— Возможные европейские санкции против госбанков — это тяжелая для российской экономики мера. Наш внешний долг за последнее время вырос с 540 миллиардов долларов в конце 2008 года до нынешних 720 миллиардов, из которых 52% приходятся на госсектор. На госсектор в широком понимании. На правительство, как таковое, приходится 54 миллиарда, остальное задолжали госбанки, госкорпорации и госкомпании.

Даже если запрет будет наложен только на покупку европейцами ценных бумаг наших госбанков, проблемы возникнут у всех российских заемщиков, в том числе и у частных. Европейские банки будут крайне осторожно относится к любым контактам с ними. Как минимум, они поднимут процентные ставки и ужесточат иные требования к российским заемщикам. В целом для западных инвесторов резко возрастут политические риски при работе с Россией.

Выпадающее финансирование придется чем-то замещать. Тем более, что сотни миллиардов долларов брались у западных банков не на покупку «Челси» и яхт, а на пополнение оборотных средств и инвестиции. Российский корпоративный долг перед западными кредиторами составляет где-то 670 миллиардов долларов. Для сравнения весь российский бюджет незначительно превышает 400 миллиардов долларов, а все золотовалютные резервы — 476 миллиардов, включая конвертированный в валюту Резервный фонд. Поэтому проблема с закрытием возможности рефинансирования долга на Западе для нашей экономики носит масштабный характер. Если из внутренних источников придется замещать все 670 миллиардов, то резервы закончатся сразу.

Теплится надежда на то, что удастся заместить западные кредиты восточными. При этом кивают на Китай с его огромными золотовалютными резервами. Однако дело в том, что Китай не очень охотно расстается с деньгами. Например, переговоры по поставкам газа из России в КНР шли много лет, и все, что «Газпрому» удалось «выцыганить», это 25 миллиардов долларов в качестве авансовых платежей. При том, что труба, необходимая для обеспечения этих поставок, будет стоить 55 миллиардов. Китай много вкладывает в американскую экономику. Но это такая игра: китайцы сохраняют искусственно заниженный курс юаня к доллару, чем стимулируют свой экспорт в Америку, при этом часть денег возвращают ей путем покупки американских ценных бумаг. Вот такое у них неформальное соглашение существует. С Россией совсем другая история. Для Китая российский рынок не сопоставим с американским. В Пекине резонно говорят: мы вам платим за сырье и этого достаточно. Я сомневаюсь, что китайцы смогут заместить нам 700 миллиардов долларов набранных на Западе кредитов, или даже половину этой суммы.

Для России теоретически остается возможность избежать введения самых жестких санкций. Но я не думаю, что те условия, которые выдвигает Запад, приемлемы для нашего руководства. Особенно такое, как требование вернуть Крым. Сейчас, безусловно, самая плохая ситуация за последние 20 лет с точки зрения позиций России за рубежом и отношений с развитыми странами. Однако пока санкции не самые драматические. Особенно, если сравнить с теми, что вводились против ЮАР в эпоху апартеида, против СССР после вторжения в Афганистан или с теми, что действуют сейчас в отношении Ирана, которому Европа и США вообще закрыли возможности поставлять нефть. Только сейчас мы впервые сталкиваемся с санкциями, которые действительно дадут масштабный эффект.

Банки, попавшие под санкции, отыграются на физлицах

Владимир Тихомиров, главный экономист финансовой группы БКС:

— В случае введения финансовых санкций, последствия для российской экономики окажутся очень существенными. Надо учитывать, что госбанки занимают свыше 50% всего нашего банковского сектора. ЦБ и правительство фактически будут вынуждены поддерживать системообразующие банки, предоставляя им ликвидность и возможность рефинансирования, что ляжет тяжелым бременем на государственные резервы. ЦБ будет вынужден предоставлять беззалоговые кредиты или увеличивать сроки кредитования под залог для крупнейших банков, что приведет к увеличению баланса Центробанка и, в конечном счете, скажется на росте инфляции. Пострадавшие от санкций банки будут вынуждены брать больше кредитов на внутреннем рынке, который и так уже перегрет.

В итоге мы получим сильное давление на государственные финансы с пересмотром правительством своих инвестиционных приоритетов. Это окажет серьезное давление на экономический рост. Плюс сами госбанки будут крайне консервативно подходить к выдаче кредитов бизнесу, поскольку окажутся вынуждены направлять большую часть своей маржи на погашение внешнего долга. Все это приведет к сокращению кредитования экономики и замедлению экономического роста. Мы можем получить рецессию по крайне мере на протяжении одного-двух кварталов. Фондовый рынок на введение финансовых санкций отреагирует моментально, по макроэкономической динамике эффект будет отложен на несколько месяцев, но тем не менее станет болезненным.

Вследствие падения фондового рынка вырастет спрос на валюту, потому что инвесторы начнут интенсивно выводить из страны выручку от распродажи рублевых активов. Последует очень серьезное давление на рубль. Я не думаю, что он существенно уйдет ниже тех минимумов, которые мы уже видели в этом году, но показатели в 36,6-36,8 рублей за доллар мы увидеть можем. Далее все будет зависеть от ЦБ, от того, будет ли он готов поддерживать рубль на таких минимумах или позволит ему падать и дальше.

Слабый рубль приведет к удорожанию импорта и раскручиванию инфляции, Цифры на ценниках в магазинах начнут заметно расти к концу осени, когда доля импортного продовольствия увеличится в силу сезонности. Пока мой прогноз по инфляции на конец года — 6,6%. Но в зависимости от того, каким в итоге окажется пакет западных санкций, можем получить рост цен и выше 7%.

Надеюсь, что пакет санкций не будет настолько жестким, как ожидается. Объявляя бойкот российским госбанкам, Евросоюз накажет и своих инвесторов — пенсионные и глобальные фонды, которые являются держателями акций и облигаций наших госбанков. Если брать ведущие их них — Сбербанк и ВТБ, то их бумаги относятся к категории самых ликвидных инструментов с достаточно большой долей иностранного владения. Произойдет существенное обесценивание всех российских бумаг, которые находятся и у европейских держателей. Они понесут большие потери. В целом пострадают экономические связи России с Европой, в том числе и в сфере энергетики. В преддверии зимы ЕС невыгодно объявлять России столь масштабную экономическую войну. Так что вопрос с конкретным содержанием секторальных санкций пока открыт.

Если все же будет принят самый жесткий вариант, последствия затронут в том числе и обычных российских потребителей. Самое неприятно заключается в том, что попавшие под санкции российские банки существенно ужесточат требования к заемщикам из числа физлиц. Взять новые кредиты в банках для большинства граждан окажется невозможно. Учитывая же тот факт, что многие берут новые кредиты для погашения уже имеющихся, финансовое положение значительной части населения, относящегося к среднему классу, ухудшится. Это будет означать сокращение потребительского спроса. Плюс на реальных доходах скажется слабый рубль. Негативный эффект значительно превзойдет возможный рост ставок по депозитам. Тем более, что события последнего года показывают: банки не так резко поднимали ставки по вкладам физлиц, как это было в прошлом. Даже с учетом разгона инфляции. У банков серьезно сузилась маржа, и возможности платить по депозитам более высокие ставки также сократились. Если брать банки первой десятки, то у них средняя депозитная ставка с учетом инфляции находится на уровне нуля или чуть выше. Год-два назад на депозитах можно было заработать реальные 1-2% годовых (за вычетом инфляции). Сейчас многие ставки по депозитам оказались в отрицательной зоне, то есть они ниже инфляции. Скорее всего, это будет происходить и далее.

И последнее: жесткие меры Евросоюза приведут к дальнейшему вытеснению с рынка российских частных банков. Несмотря на санкции, их нишу все более активно продолжат занимать госбанки, располагающие поддержкой государства.

Кризис в России: прогнозы, Новости кризиса: текущая ситуация в России , , ,

  1. Пока нет комментариев.
  1. Нет трекбеков.